:  
 
You are on the old site. Go to the new website linknew website link
Вы находитесь на старом сайте. Перейдите на новый по ссылке.

 
 Архив новостей
 Новости сайта
 Поиск
 Проекты
 Статьи






. .

? !



Стратегии уголовного судопроизводства
Материалы международной конференции, посвященной посвященной  160-летней годовщине со дня рождения проф. И.Я. Фойницкого 11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)

Когамов М.Ч. Концепция дальнейшего развития уголовного судопроизводства Республики Казахстан (основные направления)



Материалы международной научной конференции
посвященной  160-летней годовщине со дня рождения
проф. И.Я. Фойницкого
«СТРАТЕГИИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА»
11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)






2007, СПб, , , Когамов М.Ч., 
КОГАМОВ М.Ч. доктор юридических наук, профессор (Республика Казахстан)


Концепция дальнейшего развития уголовного судопроизводства Республики Казахстан (основные направления)


Общие положения


 

Среди актуальных задач, предусмотренных Концепцией правовой политики Республики Казахстан, - эффективное решение проблем правосудия, упрощение судопроизводства, обеспечение его объективности, стабильности и своевременного исполнения судебных актов.

С этой целью за последние годы в результате предпринятых системных и комплексных организационно-правовых мер заметно улучшилось качество отправления правосудия по уголовным делам, материально-техническое и финансовое обеспечение судебной деятельности, а также профессионализм судей. Данные научного обобщения судебной практики свидетельствуют о возрастающем доверии общества к суду и принимаемым судебным решениям.

Вместе с тем, текущее развитие практики судебной деятельности и досудебного производства по уголовным делам, а также результаты обобщения данных юридической науки, указывают на объективную потребность повышения эффективности уголовного судопроизводства.

Представляется, что продолжение развития системы правосудия в уголовном процессе, должно быть сконцентрировано на следующих важных направлениях:

  • активная имплементация  общепризнанных положений и норм международного права в сферу правосудия и судопроизводства по уголовным делам;
  • дальнейшее совершенствование процессуальных форм судопроизводства в судебной деятельности, а также повышение качества досудебного производства по уголовным делам;
  • обеспечение реального доступа участников судопроизводства к правосудию во всех судебных стадиях;  
  • достаточное научное, кадровое, материально-техническое и финансовое сопровождение всех форм судопроизводства по уголовным делам.

  

Основные направления


Первое из указанных направлений, прежде всего, потребует выполнения (для законодателя) сравнительно - правового анализа сопоставимых положений и норм международных нормативных правовых актов и национального законодательства по вопросам правосудия для обеспечения системного подхода к повышению эффективности судебной системы, сферы расследования уголовных дел, обеспечения реальной независимости судей, следователей. Все принципы уголовного судопроизводства должны получить основательное регламентирование в нормах УПК. При этом главными результатами применения международных стандартов в нормотворчестве о правосудии и практике судебной деятельности должны стать высокая справедливость, объективность и истинность судебных решений, как важнейшие измерители подлинной независимости судей. Важно также регламентировать в УПК специальную форму судопроизводства по исключению из уголовного дела фактических данных (доказательств), не имеющих требуемого качества. Единые стандарты допустимости доказательств должны пронизывать все формы и стадии судопроизводства по уголовным делам и быть обязательными для всех органов и должностных лиц, ведущих уголовный процесс.

Необходимо решительно пересмотреть в УПК традиционные уклады профессионального существования в области судебной деятельности. Предпринятые в этом направлении и инициированные Верховным судом шаги по разграничению подсудности уголовных дел необходимо поддержать и продолжить дальше.

В этом плане следует более определенно регламентировать компетенцию «суда по делу», а также «суда над судом» в судебной системе.

Представляется, что первая инстанция (суд по делу) должна быть исключительно в компетенции районного и городского звеньев судебной системы.

Несколько иначе, в этой связи, должна быть представлена компетенция областного и Верховного суда по уголовным делам (суда над судом).

За областными и приравненными к ним судами следует сохранить права апелляционного суда и по вновь открывшимся обстоятельствам, за исключением рассмотрения уголовного дела по существу, т.е. по первой инстанции и в порядке надзора, как это есть сейчас.

Верховный суд должен оставаться исключительно судом надзорной инстанции и по вновь открывшимся обстоятельствам, без права разрешения дела по существу, а также пересмотра судебного решения нижестоящего суда в апелляционном порядке, как этой есть сейчас в его полномочиях.

Все вышестоящие звенья судебной системы должны иметь право пересматривать судебные решения в исключительных, ограниченных законом случаях. При таком раскладе будут соблюдены все принципы правосудия, включая право на доступ к правосудию и судебную защиту, независимость судьи, стабильность судебного решения.   Наблюдаемое в настоящее время положение, когда в рамках одного звена судебной системы сочетаются права по разрешению уголовного дела по существу и пересмотру судебных решений, противоречит принципу независимости судей, а также их единому правовому статусу.

Интересам правосудия, с точки зрения, выполняемой функции и его объективности, повышению профессионализма следователей и прокуроров, послужило бы упразднение института возвращения дел на дополнительное расследование судом из главного судебного разбирательства. Данный институт можно оставить среди полномочий суда при подготовке дела к слушанию и упразднить с целью эффективности прокурорского надзора у прокурора.

Кроме того, создавала бы реальную гарантию исправления судебных ошибок возможность повторного внесения дела на рассмотрение той судебной инстанции, которая постановила ранее окончательное решение, рассматривая дело в порядке надзора, если выявлены нарушения закона.

Такой порядок в настоящее время установлен применительно к постановлениям надзорной коллегии Верховного Суда (ч. 3 ст. 458 УПК). Они могут быть пересмотрены в исключительных случаях Пленарным заседанием Верховного суда, по представлению Председателя Верховного Суда или протесту Генерального Прокурора, внесенными в связи с установлением данных о том, что принятое этой коллегией постановление может привести к тяжким необратимым последствиям для жизни, здоровья людей либо для экономики и безопасности Республики Казахстан.

В перспективе следует законодательно определить условия, основания и порядок права участника уголовного процесса на обращение в международные судебные инстанции, когда исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты от неправосудного, по его мнению, судебного решения.

При таком раскладе компетенции судов следует более тщательно регламентировать условия, основания и порядок возобновления дел по вновь открывшимся обстоятельствам как систему процессуальных норм, направленную на исправление возможных судебных ошибок.

 Немаловажно, что изменение подсудности звеньев судебной системы позволит укрепить штаты судей местных судов, а также оптимизировать численность судей в областных судах и Верховном Суде.

Приведенные выше положения позволят:

  • повысить качество правосудия через специализацию судов и ответственность судей нижестоящих судов;
  • высокомотивированным    станет   процессуальное    руководство
    за деятельностью нижестоящих судов;
  • сократятся   процессуальные   сроки,   связанные   с   пересмотром
    судебных решений;
  • повысится стабильность приговоров и авторитет судебной власти;
  • будут    устранены    условия    для    совершения    коррупционных
    преступлений в судебной среде.
Одно из прогрессивных направлений современной казахстанской судебной системы - курс на специализацию судов, которую необходимо развивать в уголовном судопроизводстве.

Вместе с тем, разделение судебной власти в рамках специализации, потребует более обоснованного и продуманного распределения компетентности между судами. Важно, развивая судебную специализацию ориентироваться, прежде всего, на судебную защиту наиболее ценных, устойчивых, кодифицированных общественных отношений. Это позволит при определении подсудности новых судов исключить соперничество за приоритет в судебной системе.

Разделяя идею об отказе от судебного следствия по определенным категориям преступлений  или его сокращении при признании подсудимым своей вины и согласии сторон (это уже предусмотрено в действующем УПК), следует весьма продуманно регламентировать в УПК так называемые «сделки о признании вины». В целом вопрос требует дополнительного исследования и изучения, а не слепого копирования опыта других стран.

Важно, если мы последуем опыту, прежде всего, США, предусмотреть в УПК специальную главу, в которой необходимо регламентировать правовое положение участников соглашения о разрешении дела, условия и основания применения «сделки о признании вины», порядок оформления, права потерпевшего, степень участия судьи и т.д.

О суде с участием присяжных заседателей.

Республика Казахстан определилась с моделью суда присяжных, однако это вовсе не означает, что судопроизводство с участием присяжных заседателей не будет нуждаться в дальнейшем развитии. Надо полагать, в перспективе практика суда присяжных, потребует внесения объективных коррективов в его работу. В этом плане важно опираться на потенциал Конституции Республики Казахстан в области правосудия.

Конституция РК устанавливает, что в случаях, предусмотренных законом, уголовное судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей (п.2 ст.75).

Данное положение Конституции уже предполагает:

а)            участие   присяжных   заседателей   может   иметь   место   только   в уголовном процессе по уголовным делам;

б)            Конституция не содержит  конкретных оснований (случаев) уголовного судопроизводства с участием присяжных заседателей;  

в)            также  как  и  не регламентирует  конкретной  модели уголовного судопроизводства с участием присяжных заседателей;

г)             наконец,  Конституция не ограничивает каким-то определенным законом  установление порядка   уголовного   судопроизводства   с   участием   присяжных заседателей.

С
положениями п.2 ст.75 Конституции тесно взаимосвязано право каждого человека и гражданина на судебную защиту своих прав и свобод, предусмотренное п.2 ст. 13 Конституции.

Из приведенного, применительно к суду с участием присяжных заседателей, следует два важных момента:

 нет никаких оснований для ограничения права любого человека и гражданина на рассмотрение его уголовного дела судом с участием присяжных заседателей;

в последнем случае важно отметить, что в соответствие с п.З ст.39 Конституции ни в каких случаях не подлежит ограничению право, предусмотренное в частности ст. 13 Конституции.

В целом, как мы уже заметили, законодатель страны определился с моделью суда присяжных, предпочтенье отдано континентальной (французской) системе. Вместе с тем, в перспективе данная модель судопроизводства может быть усовершенствована дальше.

Представляется, что в определении вопроса о порядке принятия судебного решения в совещательной комнате и, следовательно, выборе в исторически обозримой перспективе возможно новой казахстанской модели уголовного судопроизводства с участием присяжных заседателей, можно избрать и такой путь.

В рамках главного судебного разбирательства, в том числе с участием присяжных заседателей, дело разрешается по существу, то есть подсудимый признается либо виновным, либо невиновным в совершении преступления.

Раз это так, то выбор порядка принятия судебного решения в совещательной комнате, должен быть исключительным правом обвиняемого, подсудимого.

В этой связи, целесообразно в перспективе рассмотреть вопрос о возможном регламентировании в УПК двух процедур принятия судебного решения в совещательной комнате: коллегией присяжных с участием профессионального судьи или без его участия только присяжными заседателями. Однако такой порядок принятия судебного решения в совещательной комнате, должен зависеть от желания подсудимого, то есть   быть его правом. Это право, в числе других прав, ему необходимо будет разъяснить по окончании расследования, при подготовке дела к слушанию судьей, в подготовительной части главного судебного разбирательства, а также перед тем, как он выступит с последним словом.    

В целом предлагаемое решение не затрагивает основ традиционного главного судебного разбирательства с участием присяжных. Сохраняются подготовительная часть, судебное следствие, прения сторон, последнее слово подсудимого. Разве что кардинально меняется взгляд на порядок принятия судебного решения в совещательной комнате. Он будет зависеть от желания обвиняемого, подсудимого. Возможно, кого-то из подсудимых больше устраивает порядок, при котором окончательное судебное решение по делу будет выносить в совещательной комнате коллегия в составе судьи и присяжных, для других более приемлемым будет порядок, когда судебное решение в совещательной комнате присяжные заседатели примут самостоятельно без участия судьи.

Предлагаемое решение повысит доверие граждан к судебной системе, а также является наиболее оптимальным в плане усиления гарантий участников уголовного процесса.

Остается   актуальным   и   вопрос   о  том,   почему,   как   правило, должно быть не менее 12 присяжных.

Чаще всего респонденты отвечают, что так принято или потому, что суд апостолов тоже состоял из 12 человек. Представляется, что ответ на вопрос находится в другой плоскости и может быть дан, если использовать требования теории вероятности к закону больших чисел, который устанавливает, что любое множество, как правило, стремится к среднему значению. Вероятность же — это мера объективной возможности отражения данного среднего значения.

Таким образом, чем больше присяжных, тем больше их решение по конкретному уголовному делу будет вызывать доверие всего или большинства населения определенного региона.

Если количество присяжных уменьшить, например, до 8 человек, уровень доверия к судебному решению будет значительно ниже, что может дискредитировать саму идею суда с участием присяжных заседателей.

Отсюда следует, что если количество присяжных увеличить, скажем, до 40 человек, то уровень доверия к истинности и справедливости судебного решения будет абсолютен.

Вряд ли каждый подозреваемый будет требовать суда с участием присяжных заседателей, а в целом уголовное судопроизводство следует ориентировать на следующие формы отправления правосудия по уголовным делам:

1. Подавляющее большинство уголовных дел, по которым подсудимый признает     вину     в     совершении     преступления,     что     объективно подтверждается    другими    доказательствами    по    уголовному    делу, рассматривать в порядке сокращенного судебного разбирательства.

2.Уголовные   дела,    по    которым    подсудимый   не    признал  вину   в совершении преступления и не настаивает на рассмотрении его дела судом с участием присяжных заседателей, рассматривать в обычном судебном порядке.

 3. В остальных случаях появление суда с участием присяжных напрямую
ставить в зависимость от волеизъявления (желания) подсудимого.  
При этом суды с участием присяжных заседателей, по мере появления соответствующих условий в судебной практике, должны функционировать, главным образом, во всех местных (районных, городских) судах судебной системы страны. Данное обстоятельство, безусловно, нанесет ощутимый удар по коррупции в судебной системе. 

Остается дискуссионным вопрос о пределах судебного контроля за досудебным производством по уголовным делам.

Судебный контроль для национального уголовного процесса -явление отнюдь не новое и его нельзя рассматривать в качестве проявления недоверия к органам прокуратуры. Достаточно указать на факты.

1. В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством РСФСР  1922-1923 годов, которое применялось в Казахстане до принятия УПК КазССР 1959 года, следователи, до определенного времени, состояли при судах и учреждениях юстиции. Отсюда многие вопросы расследования входили в зону судебного контроля.

2. УПК 1959 года (ст.ст. 214, 242, 281 и т.д.) и УПК 1997 года   (ст.ст.   303,   323) сохранили институт возвращения уголовных дел на дополнительное  расследование из судебных стадий.

 3. Судебный контроль за законностью санкции прокурора на арест впервые получил закрепление в УПК 1959 года. 18 октября 1993 года Законом Республики Казахстан в УПК были   введены   ст.ст. 77-1, 77-2, которые   17   марта   1995   года   Указом Президента Республики Казахстан, имеющим силу закона, исключены из УПК.

4. УПК 1997 года существенно расширил возможности судебного    контроля на досудебных стадиях уголовного процесса (ст.ст. 107-110).

Отсюда можно сделать следующий вывод: судебный контроль в уголовном процессе существует и в целом соответствует потребностям досудебного судопроизводства.  

Однако по существу суд, наряду с начальниками следственных аппаратов, прокурорами,    также выступает    в    качестве    дополнительного административного руководителя следователя, что недопустимо. Для исправления следственных ошибок у суда имеются другие громадные процессуальные возможности.

Если судебный контроль - тенденция, то и внедрять его нужно очень осторожно, так как любая поспешность в этом вопросе может привести к подмене судом органов уголовного преследования и ослаблению судебной защиты интересов права в конкретном уголовном деле.

Судебный контроль в перспективе необходимо ориентировать на следующие направления.

 Движение уголовного дела определяют, главным образом, доказательства. В этой связи любое нарушение или стеснение прав участника уголовного процесса, допущенное следователем, прокурором в процессе собирания, исследования, оценки и использования доказательств, должно стать предметом особой процессуальной формы судебного разбирательства. Цель такого разбирательства - исключение из уголовного процесса постановлением судьи доказательств, добытых незаконным путем.

Безусловной должна быть возможность обжалования в суд всех актов прокурорского надзора, принимаемых в ходе досудебного производства. Это уравняет позиции стороны защиты и стороны обвинения в досудебном производстве.

На суд следует возложить функцию принятия решения о прекращении уголовного дела на досудебных стадиях по нереабилитирующим мотивам. Тем самым в основном завершится процесс разделения функций обвинения и защиты от функции разрешения уголовного дела по существу, что соответствует конституционным положениям о роли и назначении судебной власти.

Судом должен решаться вопрос об отводе следователя по заявлению участника уголовного процесса. Это позволит усилить объективные начала в досудебном производстве.

Также в суде должны разрешаться разногласия между следователем и прокурором по основным вопросам расследуемого уголовного дела. Это укрепит процессуальную независимость следователя, конечным потребителем деятельности которого является суд.

О санкционировании ареста.

Первого сентября 2005 года на второй сессии Парламента третьего созыва и в других выступлениях Президент страны принял политическое решение о поэтапном введении процедуры участия суда в вопросах санкционирования ареста.

Законом Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в Конституцию Республики Казахстан» от 21 мая 2001 года арест становится возможным лишь с санкции суда с предоставлением арестованному права обжалования.

1.Санкционирование ареста судом возвращает нас к тем периодам в истории отечественного уголовного процесса, когда следователи и прокуроры состояли при судах и, следовательно, все основные решения по уголовному делу, включая арест, принимались с ведома суда.

На современном этапе все органы, ведущие уголовный процесс, работают разрозненно. Хотя и опираются в работе на единый Уголовно-процессуальный кодекс.

Следовательно, решение вопроса о санкционировании ареста судом должно предполагать иной порядок организационного построения следственно-прокурорских и судебных органов страны. Для этого, возможно, потребуется новая Концепция построения досудебной правоохранительной деятельности в области уголовного процесса.

2. С первым тезисом  тесно связан вопрос о дополнительном изучении зарубежного опыта судебного санкционирования.

Это вызвано тем, что в ведущих процессуальных системах мира процесс доказывания по уголовным делам и придание любым фактическим данным свойства доказательства по делу происходит в главном судебном разбирательстве. Поэтому там, как правило, нет стадии возбуждения уголовного дела, процессуальных сроков в досудебном процессе, а также уголовного дела, как отдельно оформленной папки.

Вполне логично, что при таком порядке вещей, вопросы избрания ареста там решаются именно судом.

3.Наконец, все дискуссии о санкционировании ареста, при всей их очевидной полезности для общества и государства, сводятся только к изменениям полномочий судьи и прокурора. При этом совершенно забывается объективная потребность в укреплении правосубъектности адвокатов и потерпевших в уголовном процессе. Давно пора внести принципиальные изменения в УПК об активной роли адвоката, потерпевшего, пострадавших в вопросах избрания ареста. Учет их мнения по данному вопросу должен быть обязательным и выражаться в соответствующей процессуальной форме.

На данном этапе, до окончательного регламентирования в УПК процедуры судебного санкционирования ареста в стадии предварительного расследования, целесообразно установить порядок, в соответствии с которым, все решения прокурора об аресте, должны быть предметом оперативного судебного разбирательства, независимо от подачи жалобы арестованным. То есть любой арест, санкционированный прокурором должен быть изучен судом в кратчайшие сроки с участием арестованного, его защитника, прокурора, потерпевшего, его представителя.

Это позволит судьям уже выполнять конституционные требования, глубже и лучше уяснить все проблемы, вызванные избранием ареста, а Парламенту эффективно урегулировать конституционную норму в законодательстве об уголовном процессе.

О нормативных постановлениях Пленарного заседания Верховного суда РК.

Конституция, конституционное и уголовно-процессуальное законодательство в целом определили юридическую природу нормативных постановлений Верховного суда по итогам  разъяснения судебной практики, как источников действующего права. Однако этого недостаточно. Спектр назначения нормативных постановлений должен быть регламентирован в законодательстве, в том числе   об уголовном процессе намного выше и шире. На что справедливо обращается внимание практическими и научными юридическими кругами. В силу того, что судебная  деятельность представляет собой основной и конечный результат правоприменения  по уголовным делам нормативным постановлениям необходимо придать статус нормативных правовых актов, официально разъясняющих (толкующих) нормы законов, применяемых для правильного разрешения уголовного дела. Это усилит единообразное понимание и применение законодательства при производстве по уголовным делам, а также повлияет на совершенствование процесса нормотворчества и правоприменения в стране в целом.

Безусловно, остаются актуальными проблемы научного и кадрового обеспечения судебной деятельности. Подготовка судебных кадров, а также научно-исследовательская деятельность в области правосудия, должны быть сосредоточены при Верховном суде. Судебную Академию необходимо вернуть в лоно Верховного суда, что также станет важнейшим фактором развития теории правосудия. Это  придаст высокую эффективность качеству отправления правосудия по уголовным делам. К такому решению  также обязывает высокое положение суда, судебной деятельности в системе государственной власти Республики Казахстан.

Следует поддержать инициативы Верховного суда, направленные на дальнейшее укрепление социально правового статуса судей в обществе.


О совершенствовании национальной следственной деятельности и смежных правовых секторов в уголовном судопроизводстве Республики Казахстан


Уголовное судопроизводство, отождествляемое с движением уголовного дела,  невозможно представить без следственной деятельности. Уголовный процесс во все периоды регламентировал следственную функцию в качестве важнейшего института уголовно-процессуального права.

Следственная функция, таким образом, стала важной частью уголовно-процессуальной деятельности. Подавляющее большинство уголовных дел расследуется до начала главного судебного разбирательства в формате предварительного следствия, что вызывает вполне законный интерес к проблемам  эффективности расследования уголовных дел. Отсюда, следственная деятельность, правоотношения в этой области – предмет постоянных научных дискуссий и организационно-правовых преобразований.

Однако никогда не ставились под сомнение важность и объективная необходимость следственной функции в уголовном процессе, в которую в настоящее время привнесены новые конституционные начала.

Для ответа на вопрос о том,  каким образом следует дальше развивать следственную функцию, необходимо, прежде всего, определить закономерности ее развития  в отечественном уголовном процессе в разные исторические периоды.

До 1917 года статус следователя был приравнен к судейскому. Однако выполнение функций судьи не входило в круг основных  обязанностей судебного следователя. Судебные Уставы Российской империи 1864 года при регламентировании следственной функции отдали предпочтение французскому типу следствия, где с 1808 года был введен институт следственных судей.

С февраля по октябрь 1917 года на территории  России в основном продолжала действовать следственная система бывшей Российской империи.

С октября 1917 года до мая 1922 года для следственной деятельности характерны смешанные (коллегиальные и единоличные) формы ее осуществления государственными органами, а также должностными лицами, как правило, не имевшими знаний и опыта следственной работы.

По УПК РСФСР 1922 и 1923 годов следователи состояли при судах и учреждениях юстиции, что распространяло на деятельность следователей при производстве по уголовным делам элементы судебного контроля.

С сентября 1928 года следственные аппараты переданы из учреждений юстиции в полное распоряжение органов прокуратуры.  Вне процесса, в какой-то мере, находился порядок деятельности следователей ОГПУ, который по УПК 1923 года определялся специальными правилами.

До апреля 1963 года органами предварительного следствия выступали следователи прокуратуры и государственной безопасности.

В апреле 1963 года право производства предварительного следствия также было возложено на следователей органов охраны общественного порядка (ныне органов внутренних дел).

По УПК Казахской ССР 1959 года следователи административно подчинялись прокурорам, начальникам органов внутренних дел и государственной безопасности.

В октябре 1995 года в Республике Казахстан создан новый, не имеющий аналогов в СНГ, орган предварительного следствия с оперативно-розыскным обеспечением – Государственный следственный комитет Республики Казахстан. С его образованием упразднены аппараты следствия в прокуратуре и органах внутренних дел.

В ноябре 1997 года, в связи с упразднением ГСК РК, предварительное следствие сконцентрировано в органах КНБ и МВД.

В декабре 1997 года новым и четвертым в истории Казахстана УПК, к следственным аппаратам страны, наряду со следователями КНБ, МВД, отнесен следственный аппарат органов налоговой полиции (с января 2001 года – финансовой полиции).

 Таким образом,  просматриваются следующие закономерности:

следственная функция как государственно-правовое явление  опирается на прочные исторические корни и традиции и без нее невозможно осуществление задач и принципов уголовного судопроизводства;

следственная функция – специальный государственный институт и  специальный вид государственной деятельности;

следственная функция при любых реформах юридической системы общества и государства всегда остается важной стадией досудебного производства по уголовным делам;

в формате следственной функции расследуется подавляющее большинство преступлений;

следственная функция – исключительная прерогатива узкого круга специальных государственных органов;

несмотря на некоторое пересечение следственных функций аппаратов расследования уголовных дел, исторически в целом принципиально определена подследственность преступлений;

при любых реорганизациях следственного аппарата остается актуальным вопрос об административной подчиненности следователя, который до сих пор своего разрешения не получил;

достаточно привлекательной и внешне одинаковой характеризуется процессуальная независимость следователя по Судебным Уставам 1864 года  и в период деятельности ГСК РК, которая выводилась на уровень административной независимости  следственного органа в целом и его подчиненности непосредственно  (императору) главе государства.

Новые подходы к развитию следственной функции регламентированы УПК РК 1997 года и Концепцией правовой политики Республики Казахстан 2002 года.

На данный момент в государстве действуют три следственных аппарата: национальной безопасности, внутренних дел, финансовой полиции.

При наличии оснований, предусмотренных УПК, правом производства предварительного следствия по делам своей подследственности наделены также органы дознания страны. В целом дознание, выполняя вспомогательную роль по отношению к следствию, значительно укрепило возможности следственной практики и за длительный исторический период вылилось в крупное практическое направление деятельности правоохранительных органов. Допуская органы дознания к работе по следственным делам, законодатель ограничил их деятельность жесткими рамками, требуя от следователя своевременного участия в расследовании подследственного ему уголовного дела. Как и в более ранние исторические периоды, деятельность органов дознания остается сочетанием оперативно-розыскных и процессуальных действий, а также начальным этапом в развитии следственной функции. В качестве исторических достижений становления и развития дознания в отечественном уголовном процессе следует привести примеры образования на базе его практики следственных аппаратов в органах внутренних дел (1963 год) и налоговой (финансовой) полиции (1997 год) Казахстана.

Элементы предварительного расследования, возможность осуществления предварительного расследования в рамках уголовного преследования, делают активным субъектом следственной функции и прокурора.

Достаточно определенно, с учетом интересов практики борьбы с преступностью, регламентирована подследственность следственных аппаратов. В отличие от следственных аппаратов КНБ и МВД особенностью следственной функции в органах финансовой полиции является ее ориентированность только и исключительно на расследование экономических и коррупционных преступлений. Этим Агентство финансовой полиции коренным образом отличается от органов КНБ и МВД, для которых борьба с преступностью не является основной обязанностью, а также ассоциируется с бывшим Государственным следственным комитетом Республики Казахстан.

За последние годы важной тенденцией в развитии следственной деятельности стало ее приближение к оперативно-розыскному процессу, широкое использование материалов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. Впервые на законодательном уровне регламентирована технология движения оперативно-розыскных материалов в уголовный процесс (март 2001 года) и тем самым существенно ослаблена историческая изолированность оперативного состава от следователей.

Концептуальные направления совершенствования национальной следственной деятельности

Проблемы повышения эффективности раскрытия, расследования и предотвращения преступлений постоянно находятся в центре внимания ученых-юристов, сотрудников правоохранительных органов, законодательной, судебной и исполнительной ветвей государственной власти. Одними из важных узловых вопросов этой проблемы остаются состояние следственной деятельности, её организация, структура следственного аппарата, его место в системе правоохранительных органов, уголовно-процессуальная регламентация, обеспечение квалифицированными кадрами, криминалистическими средствами и т.д.

Поиск наиболее оптимальных вариантов деятельности следственного аппарата обусловливает его периодическую реорганизацию, внесение дополнений и изменений в Уголовно-процессуальный кодекс, принятие иных законодательных актов, регламентирующих расследование преступлений.

Изучение следственной практики, анализ правовой литературы убеждают в необходимости дальнейшего совершенствования следственной деятельности в стране. Собственно, следственная практика не стоит на месте, однако как показывают результаты её деятельности, она не в полной мере еще противостоит вызовам современного преступного мира.

Поэтому дополнительными средствами эффективности следственной функции уголовного процесса могут  выступить следующие правовые и организационные факторы:

 1. Назрела потребность дальнейшего совершенствования нормативно-  правовой базы в сфере следственной деятельности с учетом конституционных требований в сфере правосудия.

Прежде всего, безотлагательно требуется принятие Закона РК «О статусе следователя и следственной деятельности», с приближением следственного корпуса по условиям функционирования к судейскому.

Также как и судьи, следователи при расследовании уголовного дела должны обладать привилегиями (неприкосновенностью) в уголовном процессе. Это вызвано тем, что судьи, главным образом, рассматривают уголовные дела, поступившие к ним от следователей. В этой связи, не должно быть неравных условий для государственных органов и должностных лиц, ведущих, по существу, единый уголовный процесс, обеспечивающих движение уголовного дела разве что на разных стадиях уголовного судопроизводства.

Стабильности следственных кадров, особенно на уровне районного звена, отвечали бы:

высокая заработная плата следователя (аналогично судейской);

более высокие специальные звания в рамках любой следственной дол

: 20/09/2007
: 3034
:
Барабаш А.С. Вклад Ивана Яковлевича Фойницкого в определение места состязательности в российском уголовном процессе
Зайцева Л.В. Реформирование уголовно-процессуального законодательства республики Беларусь: проблемы и перспективы
Мартышкин В.Н. Пределы судебного усмотрения и механизмы его ограничения в уголовном судопроизводстве
Панькина И.Ю. Основные элементы внесудебного способа разрешения уголовно-процессуального конфликта
Цыганенко С.С. Дифференциация как модель уголовного процесса (уголовно-процессуальная стратегия)
Калинкина Л.Д. Совершенствование норм УПК РФ о нарушениях уголовно-процессуального закона – необходимое условие обеспечения должной процедуры производства по уголовным делам
ТУЛАГАНОВА Г.З., ФАЙЗИЕВ Ш. Классификация мер процессуального принуждения по характеру воздействия
Алексеев С.Г. , Лукичев Б.А. Взгляды И.Я. Фойницкого на институт судебной экспертизы и их отражение в зеркале современности
Галюкова М.И. Реализация функции защиты в состязательном уголовном процессе
Гамбарян А.С. Реформа досудебной стадии уголовного процесса в Республике Армения

| |


.:  ::   ::  :.

RusNuke2003 theme by PHP-Nuke -
IUAJ

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Direct.insertInto(66602, "yandex_ad", { ad_format: "direct", font_size: 1, type: "horizontal", limit: 3, title_font_size: 2, site_bg_color: "FFFFFF", header_bg_color: "FEEAC7", title_color: "0000CC", url_color: "006600", text_color: "000000", hover_color: "0066FF", favicon: true, n
PHP Nuke CMS.
2005-2008. Поддержка cайта