Кудрявцев В.Л. «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица» как альтернативные действия объективной стороны содействия террористической деятельности // Адвокат. 2012. № 5. С. 21-25.

 

                                                    Кудрявцев В.Л.

ведущий научный сотрудник

Научно-исследовательского центра

Московской академии экономики и права,

доктор юридических наук

 

Kudryavtsev V.L.

The leading research assistant

The Research center

The Moscow academy of economy and the right,

The doctor of jurisprudence

 

«Склонение, вербовка или иное вовлечение лица»

как альтернативные действия объективной стороны

содействия террористической деятельности

 

В статье раскрываются такие альтернативные действия объективной стороны содействия террористической деятельности как «склонение, вербовка или иное вовлечение лица» с позиции УК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 года № 1«О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности», судебной практики и теории уголовного права.

 

Ключевые слова: уголовное право; преступление; объективная сторона; склонение, вербовка или иное вовлечение лица; содействие террористической деятельности.

 

«Declination, recruitment or other involving of the person»

as alternative actions of the objective party

assistance of terrorist activity

 

In article such alternative actions of the objective party of assistance of terrorist activity as «declination, recruitment or other involving of the person» from a position of the criminal code of Russian Federation, the Decision of Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation from February, 9th, 2012 № 1 «About some questions of judiciary practice on criminal cases about crimes of a terrorist orientation», judiciary practice and the criminal law theory reveal.

 

Keywords: criminal law; a crime; the objective party; declination, recruitment or other involving of the person; assistance of terrorist activity.

 

 

Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ[1]  - это ничто иное как подстрекательство к указанным преступлениям.

         Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 года № 1«О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности», «под склонением, вербовкой или иным вовлечением лица в совершение хотя бы одного из преступлений, перечисленных в части 1 статьи 205.1 УК РФ, следует понимать, в частности, умышленные действия, направленные на вовлечение лица в совершение одного или нескольких указанных преступлений, например путем уговоров, убеждения, просьб, предложений (в том числе совершенные посредством размещения материалов на различных носителях и распространения через информационно-телекоммуникационные сети), применения физического воздействия или посредством поиска лиц и вовлечения их в совершение хотя бы одного из указанных преступлений»[2].

         Данный пункт постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 года № 1 не раскрывает по отдельности характеристику каждого из трёх действий как то: «склонение», «вербовка» и «иное вовлечение лица», а даёт им в целом, безотносительно к каждому из них, общую характеристику.

         Подобный подход, отражённый в постановлении Пленуме, представляется не вполне удачным, поскольку в законодательной формулировки диспозиции ч.1 ст. 205.1 УК РФ,  речь идёт о трёх альтернативных действиях, за каждое из которых наступает уголовная ответственность.

В связи с чем считаю целесообразным раскрыть каждое из трёх альтернативных действиях как то: «склонение», «вербовка» и «иное вовлечение лица», конечно, с учётом их общей характеристики, изложенной выше в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 года № 1«О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности».

          Если исходить из анализа ч.1 ст. 205.1 УК РФ, то склонение и вербовка являются разновидностями вовлечения лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ.

         Сравнение категорий «склонение»[3] и «вовлечение»[4], разъясняемых в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ позволяет сделать вывод об их практической идентичности.

         Совершенно естественно, что  при таком раскладе «склонение» никак не может быть одним из видов вовлечения.

Что же понимается в словаре русского языка под искомыми категориями?

В словаре русского языка,

·        склонение раскрывается через слово «склонить», то есть «убедить в необходимости какого – нибудь поступка, решения»[5],

·        вовлечение – это «побудить, привлечь к участию в чём-нибудь»[6].

Итак, с точки зрения русского языка «склонение» состоит в убеждение, а «вовлечение», то есть привлечение к участию в чём-нибудь возможно любыми способами, в том числе и убеждением.

Соответственно, в данном случае, склонение является разновидностью вовлечения.

Именно такой подход и позволит правильно раскрыть диспозицию ч. 1 ст. 205.1 УК РФ.

Склонение лица к совершению хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ – это действия, направленные на убеждение лица в необходимости совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ.

Убеждение происходит  путём  уговоров, обещаний, просьб, предложений, призывов к религиозным чувствам, чувствам патриотизма, помощи, взаимовыручки и т.п., то есть путём применения ненасильственных методов.

Склонение лица к совершению хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ может быть направлено на убеждение лица в необходимости как самостоятельного, единоличного, так и в соучастии совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

Склонение лица к совершению хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ является усечённым  составом преступления и считается оконченным в момент склонения лица к совершению хотя бы одного из указанных преступлений. При этом для признания преступления оконченным не требуется, чтобы склоняемое лицо фактически совершило хотя бы одно из указанных преступлений.

В литературе этот факт игнорируют, что анализируемый состав является усечённым и полагают, что «…рассматриваемый вариант совершения преступного деяния является оконченным с момента, когда склонённое лицо начинает выполнять что-либо для достижения террористических целей»[7].

Ещё раз отмечу, что для признания преступления оконченным не требуется, чтобы склоняемое лицо фактически совершило хотя бы одно из указанных преступлений.

В качестве примера иллюстрирующего данную ситуацию можно привести следующий:

Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации рассмотрела в судебном заседании 18 августа 2010 года уголовное дело по кассационной жалобе адвоката Басханова С.А. на приговор Верховного Суда Чеченской Республики от 17 мая 2010 года, в том числе и по ч.1 ст. 205.1 УК РФ, состоящей в склонении лица к совершению преступления, предусмотренного ст. 208 УК РФ, оставила его в силе и указала на то, что «Несостоятельными являются и доводы в защиту осужденного об отсутствии доказательств склонения Байсагуровым К. к участию в незаконном вооруженном формировании, поскольку сам осужденный на предварительном следствии дал показания, согласно которым он предложил К. (вместе с ним вступить в незаконное вооруженное формирование, а получив согласие последнего, дал тому номер телефона одного из руководителей формирования, сообщил последнему о намерении У. вступить в незаконное вооруженное формирование. Аналогичные показания на следствии дал и свидетель С. которому Байсагуров рассказал о его склонении К. к участию в незаконном вооруженном формировании. О факте склонения Байсагуровым К. свидетельствуют и показания свидетелей К., К., Б., Ю. и других.»[8].

Данный пример является и иллюстрацией того, что можно собрать необходимую и достаточную совокупность доказательств, подтверждающих виновность лица в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 205.1 УК РФ в части «склонения лица…».

В тех случаях, когда действия лица, направленные на склонение лица к совершению хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ, в силу их пресечения правоохранительными органами либо по другим независящим от этого лица (лиц) обстоятельствам не привели к склонению лица к совершению хотя бы одного из указанных преступлений, они подлежат квалификации по части 1 или по части 3 статьи 30 УК РФ и части 1 статьи 205.1 УК РФ как приготовление или как покушение на склонение лица к совершению хотя бы одного из указанных преступлений.

Вербовка лица для совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ.

В словаре  русского языка С.И. Ожегова, вербовка рассматривается как «набирать, нанимать, привлекать в какую-нибудь организацию»[9].

Согласно ратифицированной[10] Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма (CETS N 196) (Варшава, 16 мая 2005 года)[11], ч.1 ст. 6 «вербовка террористов» означает привлечение другого лица к совершению или участию в совершении террористических преступлений или к присоединению к какому-либо объединению или группе с целью содействия совершению этим объединением или группой одного или нескольких террористических преступлений».

В судебной практике происходит отождествление вербовки с наймом. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан «исключила из обвинения всех подсудимых квалифицирующий признак «вербовки в совершение преступления, предусмотренного статьей 278 УК РФ», как не нашедший подтверждения в судебном заседании. В частности, стороной обвинения не представлено доказательств того, что кто-либо из подсудимых вербовал, т.е. нанимал других лиц для совершения вышеописанных преступлений»[12].

         Подобный подход вписывается и в этимологическую характеристику категории «вербовка», раскрытого выше.

Поэтому следует согласиться с мнением, что вербовкой в рассматриваемой статье (ч.1 ст. 205.1 УК РФ – разн. моя В.К.) следует считать подбор людей  для совершения указанных преступлений за плату[13].

На основе выше изложенных положений Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма (CETS N 196) (Варшава, 16 мая 2005 года), судебной практики и этимологической характеристики категории «вербовка» в контексте  и с учётом диспозиции ч.1 ст. 205.1 УК РФ следует сделать такой вывод:

Вербовка лица для совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ – это действия по найму другого лица для  совершения или участия в совершении хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ или для присоединения к какому-либо объединению или группе с целью содействия совершению этим объединением или группой хотя бы одного из указанных преступлений.

В литературе существуют также определения понятия вербовки, где действия по найму (за плату) отсутствуют в качестве определяющих сущность рассматриваемого понятия.

Так, например, под вербовкой понимаются действия, носящие систематический характер, направленные на поиск соучастников указанных террористических преступлений, на формирование преступной группы, преступной организации, включении в них новых членов  и т.д.[14]

Вербовка лица для совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ относится к усечённым составам преступления и считается оконченным в момент вербовки лица для совершения хотя бы одного из указанных преступлений. При этом для признания преступления оконченным не требуется, чтобы вербуемое лицо фактически совершило хотя бы одно из указанных преступлений.

В литературе момент окончания вербовки рассматривают и несколько в ином ракурсе, считая, что «вербовка будет окончена в случае разового побуждающего действия и получения согласия даже одного лица для совершения одного из указанных в статье преступлений»[15].

В тех случаях, когда действия субъекта, направленные на вербовку лица для совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ, в силу их пресечения правоохранительными органами либо по другим независящим этого субъекта (субъектов) обстоятельствам не привели к вербовке лица для совершения хотя бы одного из указанных преступлений, они подлежат квалификации по части 1 или по части 3 статьи 30 УК РФ и части 1 статьи 205.1 УК РФ как приготовление или как покушение на вербовку лица для совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

Иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ.

Иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ –  это те действия, которые не охватываются склонением и вербовкой.

         Склонение, вербовка и иное вовлечение являются составными частями категории «вовлечение».

         Соответственно, чтобы определить, что же входит в «иное вовлечение» необходимо раскрыть понятие вовлечения, а затем убрать из него всё то, что относится к склонению и вербовке и таким образом получить содержание искомой категории «иное вовлечение».

В словаре русского языка, вовлечение – это «побудить, привлечь к участию в чём-нибудь»[16].

     Разъяснение термина «вовлечение» дано в абз. 3 п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. N 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», согласно которому «Под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления или совершение антиобщественных действий следует понимать действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить преступление или антиобщественные действия. Действия взрослого лица могут выражаться как в форме обещаний, обмана и угроз, так и в форме предложения совершить преступление или антиобщественные действия, разжигания чувства зависти, мести и иных действий»[17].

     Убирая из понимания категории «вовлечение» как в русском языке, так и в судебной практике всё то, что относится к склонению и вербовке, мы получаем такую содержательную характеристику «иного вовлечения» как действий, направленных на возбуждение желания лица путём принуждения совершить преступление.

  Иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ – это действия, направленные на возбуждение желания лица путём принуждения совершить хотя бы одно из указанных преступлений.

Принуждение может быть выражено в форме физического или психического насилия, ограничения свободы, использования материальной или иной зависимости лица и в других действиях.

Физическое насилие может выражаться в побоях/ст. 116 УК РФ/, истязаниях /ст. 117 УК РФ/, в умышленном причинение легкого вреда здоровью /ст. 115 УК РФ/ или в умышленном причинение средней тяжести вреда здоровью / ст. 112 УК РФ/.

Причинение же тяжкого вреда здоровью требует дополнительной квалификации по ст. 111 УК РФ.

Психическое насилие может быть выражено в угрозе причинения вреда различной тяжести, в том числе угрозе убийством или причинением тяжкого вреда здоровью /ст. 119 УК РФ/.

Иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ может быть направлено на возбуждение желания лица путём принуждения как самостоятельного, единоличного, так и в соучастии совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

Иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ является усечённым составом преступления и считается оконченным в момент «иного вовлечения лица» лица в совершение хотя бы одного из указанных преступлений. При этом для признания преступления оконченным не требуется, чтобы вовлекаемое лицо фактически совершило хотя бы одно из указанных преступлений.

В тех случаях, когда действия субъекта, направленные на «иное вовлечение» лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279 и 360 УК РФ, в силу их пресечения правоохранительными органами либо по другим независящим от этого субъекта (субъектов) обстоятельствам не привели к вовлечению лица в совершение хотя бы одного из указанных преступлений, они подлежат квалификации по части 1 или по части 3 статьи 30 УК РФ и части 1 статьи 205.1 УК РФ как приготовление или как покушение на «иное вовлечение» лица для совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

 

 





[1] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.

[2] СПС Консультант плюс

[3] Данный термин разъясняется п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами», согласно которому «Склонение к потреблению наркотических средств или психотропных веществ (статья 230 УК РФ) может выражаться в любых умышленных действиях, в том числе однократного характера, направленных на возбуждение у другого лица желания их потребления (в уговорах, предложениях, даче совета и т.п.), а также в обмане, психическом или физическом насилии, ограничении свободы и других действиях, совершаемых с целью принуждения к потреблению наркотических средств или психотропных веществ лицом, на которое оказывается воздействие» // СПС Консультант плюс

[4] Разъяснение этого термина дано в абз. 3 п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. N 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних», согласно которому «Под вовлечением несовершеннолетнего в совершение преступления или совершение антиобщественных действий следует понимать действия взрослого лица, направленные на возбуждение желания совершить преступление или антиобщественные действия. Действия взрослого лица могут выражаться как в форме обещаний, обмана и угроз, так и в форме предложения совершить преступление или антиобщественные действия, разжигания чувства зависти, мести и иных действий» // СПС Консультант плюс

[5] Ожегов С.И.  Словарь русского языка: ОК. 57 000 слов / Под ред. докт. филол. наук, проф. Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип.   – М.: Рус. Яз., 1982. С. 643.

[6] Ожегов С.И.  Словарь русского языка: ОК. 57 000 слов / Под ред. докт. филол. наук, проф. Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип.  С. 79.

[7] См.: Шевченко И.В. Уголовная ответственность за террористическую деятельность: монография. – М.: Юрлитинформ, 2011. С. 77.

[8] Кассационное определение Верховного Суда РФ от 18 августа 2010 г. N 23-О10-11с // СПС Консультант плюс

[9] Ожегов С.И.  Словарь русского языка: ОК. 57 000 слов / Под ред. докт. филол. наук, проф. Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип.   С. 67.

[10] Федеральный закон от 20 апреля 2006 г. N 56-ФЗ «О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма» // СПС Консультант плюс

[11] Комментированный сборник международных и российских правовых актов о борьбе с терроризмом / под ред. А.И. Долговой. – М.: Российская криминологическая ассоциация, 2007.

[12] Приговор Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан // Дело № 2-13/2009 год.

[13] Шевченко И.В. Уголовная ответственность за террористическую деятельность: монография.  С. 77-78.

[14] Степалин В.П. Преступления против общественной безопасности // Преступления против общественной безопасности и общественного порядка // Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник. Изд. второе, исправл и доп. / Под ред. д-ра юр. наук, проф. Л.В. Иногамовой-Хегай, д-ра юр. наук, проф.А.И. Рарога, д-ра юр. наук, проф.А.И. Чучаева. – М.:  Юрид. фирма  «Контракт», ИНФРА-М: 2009. С. 387.

[15] Шевченко И.В. Уголовная ответственность за террористическую деятельность: монография.  С. 79.

[16] Ожегов С.И.  Словарь русского языка: ОК. 57 000 слов / Под ред. докт. филол. наук, проф. Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип.  С. 79.

[17] СПС Консультант плюс

 

Библиографический список

 

1. Конвенция Совета Европы о предупреждении терроризма (CETS N 196) (Варшава, 16 мая 2005 года) // Комментированный сборник международных и российских правовых актов о борьбе с терроризмом / под ред. А.И. Долговой. М.: Российская криминологическая ассоциация, 2007.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ // Собрание законодательства РФ. 1996. N 25. Ст. 2954.

3. Федеральный закон от 20 апреля 2006 г. N 56-ФЗ «О ратификации Конвенции Совета Европы о предупреждении терроризма» // СПС Консультант плюс

4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15 июня 2006 г. N 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» // СПС Консультант плюс

5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. N 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» // СПС Консультант плюс

6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 года № 1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности» // СПС Консультант плюс

7. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 18 августа 2010 г. N 23-О10-11с // СПС Консультант плюс

8. Приговор Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан // Дело № 2-13/2009 год.

9. Ожегов С.И.  Словарь русского языка: ОК. 57 000 слов / Под ред. докт. филол. наук, проф. Н.Ю. Шведовой. 14-е изд., стереотип.  М.: Рус. Яз., 1982.

10. Степалин В.П. Преступления против общественной безопасности // Преступления против общественной безопасности и общественного порядка // Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник. Изд. второе, исправл и доп. / Под ред. д-ра юр. наук, проф. Л.В. Иногамовой-Хегай, д-ра юр. наук, проф.А.И. Рарога, д-ра юр. наук, проф.А.И. Чучаева. М.:  Юрид. фирма  «Контракт», ИНФРА-М, 2009.

11. Шевченко И.В. Уголовная ответственность за террористическую деятельность: монография. М.: Юрлитинформ, 2011.