Калиновский К.Б. Обстоятельства, известные правосудию как основание для возобновления производства по уголовному делу

На основе правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации рассматривается возможность пересмотра в уголовном процессе вступивших в законную силу судебных решений в порядке возобновления производства по обстоятельствам, известным суду как проявление принципа благоприятствования защиты (favor defensionis). С позиций этого же принципа обосновываются различия пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в уголовном и гражданском процессах.

 

Обстоятельства, известные правосудию как основание для возобновления производства по уголовному делу в порядке главы 49 УПК Российской Федерации

Калиновский К.Б.,

заведующий кафедрой уголовно-процессуального права

Северо-Западного филиала Российского

государственного университета правосудия,

советник Конституционного Суда Российской Федерации,

кандидат юридических наук, доцент

В уголовно-процессуальной науке и в судебной практике неоднозначно разрешается вопрос о том, могут ли обстоятельства, известные правосудию (т.е. кассационные и надзорные основания, в том числе нарушения уголовно-процессуального закона, игнорирования собранных доказательств, нашедших отражение в материалах дела, либо их ошибочной оценки, либо неправильного применения уголовного закона), повлечь возобновление производства по уголовному делу по новым или вновь открывшимся обстоятельствам. Так, на недопустимость этого указывается в одном из авторитетных комментариях к УПК Российской Федерации*(1). Неоднозначное разрешение этого вопроса отмечается в ряде научных публикаций*(2).

В практике Конституционного Суда Российской Федерации (нижеуказанные решения которого и породили научную дискуссию) используются два различных подхода по рассматриваемой проблеме.

В одних случаях Конституционный Суд указывает, что возобновление производства по уголовному делу - в отличие от пересмотра судебных решений в порядке надзора - осуществляется в связи с выявлением таких обстоятельств, которые либо возникли уже после рассмотрения уголовного дела судом, либо существовали на момент рассмотрения уголовного дела, но не были известны суду и не могли быть им учтены; известные же на момент вынесения приговора обстоятельства могут быть проверены и оценены судом апелляционной, кассационной и надзорной инстанций. Тем самым возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств направлено не на восполнение недостатков предшествующей обвинительной и судебной деятельности, а на обеспечение возможности исследования фактических обстоятельств, которые уголовный закон признает имеющими значение для определения оснований и пределов уголовно-правовой охраны, но которые в силу объективных причин ранее не могли входить в предмет исследования по уголовному делу*(3).

В других же случаях Конституционный Суд Российской Федерации делает акцент на том, что при исчерпании всех способов обжалования судебных решений в порядке кассационного (надзорного) производства заявитель не лишен возможности в качестве дополнительного (резервного) способа обеспечения правосудности судебных решений использовать механизм пересмотра вступивших в законную силу судебных решений в процедуре возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств (глава 49 УПК Российской Федерации)*(4).

Оба этих подхода основаны на сложившейся практике Конституционного Суда Российской Федерации и являются, по существу, правильными, и между ними нет противоречий, поскольку эти подходы были использованы Конституционным Судом Российской Федерации в двух разных контекстах.

Первый подход был использован в связи с необходимостью пересмотра вступившего в законную силу приговора против интересов обвиняемого (осужденного оправданного) в порядке возобновления дела по новым или вновь открывшимся обстоятельствам (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16 мая 2007 года N 6-П по делу о проверке конституционности положений статей 237, 413 и 418 УПК Российской Федерации в связи с запросом президиума Курганского областного суда, абзацы 5 и 6 пункта 2 мотивировочной части). Здесь принципиально важны отличия надзорного (кассационного) производства - содержащего жесткие гарантии недопустимости поворота к худшему, в том числе невозможность пересмотра дела против обвиняемого, если истек один год со дня вступления приговора в силу - от пересмотра дела в порядке возобновления по новым и вновь открывшимся обстоятельствам - допускающего более широкие возможности ухудшения положения обвиняемого (в том числе с точки зрения сроков - в течение года, но со дня обнаружения этих обстоятельств, а само обнаружение может быть в течение сроков давности), но именно потому, что основанием такого пересмотра являются обстоятельства, ранее неизвестные правосудию. В этой связи Конституционный Суд подчеркивает признак неизвестности суду указанных обстоятельств и то, что такое возобновление не является восполнением недостатков обвинительной и судебной деятельности, т.е. на юридических пределах государственной активности в возобновлении уголовного преследования - гарантиях обеспечения прав обвиняемого.

Второй подход был применен в связи с оценкой правового регулирования, препятствующего подаче в надзорном порядке осужденными повторных (многократных) жалоб, в которых ставился вопрос об улучшении их положения на основании обстоятельств, которые были отражены в материалах дела, т.е. известных суду (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 2 февраля 1996 года N 4-П по делу о проверке конституционности пункта 5 части второй статьи 371, части третьей статьи 374 и пункта 4 части второй статьи 384 УПК РСФСР в связи с жалобами граждан К.М. Кульнева, В.С. Лалуева, Ю.В. Лукашова и И.П. Серебренникова). Конституционный Суд, основываясь на оценке эффективности средств правовой защиты прав граждан применительно ко всей совокупности таких средств, признал, что законодатель вправе устанавливать конечную надзорную инстанцию, решение которой не может быть пересмотрено в порядке надзора, поскольку есть резервная по отношению к этой стадии форма правовой защиты - возобновление дела. При этом ограничение оснований для возобновления дела признаком их неизвестности суду является неконституционным, если препятствует в случаях исчерпания возможностей судебного надзора по исправлению в пользу осужденного судебных ошибок.

Как видно, оба подхода объединяет направленность на реализацию права осужденного на пересмотр приговора вышестоящим судом, связанного с запретом повторного осуждения за одно и то же преступление (статья 50, части 1 и 3 Конституции Российской Федерации). Именно из этого конституционного принципа вытекает обязанность законодателя установить исчерпывающий перечень оснований для возобновления дела ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств*(5).

Из указанных правовых позиций следует, что возобновление дела по новым и вновь открывшимся обстоятельствам не может рассматриваться как средство реализации государством своего права на привлечение к более суровой уголовной ответственности преступника после истечения одного года со дня вступления приговора в законную силу (исчерпания возможностей кассационного и надзорного производства), кроме как в случаях возникновения новых или вновь открывшихся обстоятельств, которые не были предметом оценки органов государственного обвинения и суда. Иными словами, стадия возобновления дела не является резервом для интересов уголовного преследования. Одновременно эта процедура является резервной (дополнительной в системе внутригосударственных средств правовой защиты) по отношению к кассационному и надзорному производству для обеспечения права осужденного на пересмотр ошибочного приговора суда даже в тех случаях, когда имеются по существу кассационные и надзорные основания для этого.

Следовательно, возможность пересмотра в уголовном процессе вступивших в законную силу судебных решений в порядке возобновления производства по обстоятельствам, известным суду, можно рассматривать как одно из проявлений принципа благоприятствования защите (favor defensionis).

Известно, что данный принцип наделяет сторону защиты исключительными, отсутствующими у стороны обвинения правами. Он призван обеспечить справедливость и равенство в судебном состязании, в котором с одной стороны участвуют в качестве обвинителя государственные правоохранительные органы, превосходящие по своей мощи сторону защиты и применяющие к обвиняемому, осужденному меры процессуального принуждения, а с другой - сам обвиняемый (осужденный) и его адвокат-защитник, находящиеся в более слабом фактическом положении*(6).

Исходя из изложенного, а также из существенных различий состязательности в уголовном суде от той, которая имеется в суде гражданском, представляется, что имеются принципиальные отличия между пересмотром вступивших в законную силу приговоров в уголовном процессе и пересмотром вступивших в законную силу судебных решений в гражданском и арбитражном процессах.

В уголовном процессе такой пересмотр направлен на защиту интересов личности, состоящей в правоотношении уголовной ответственности с государством, а в таком правоотношении состоит именно совершившее преступление лицо, но не потерпевший. Пересмотр приговора в пользу осужденного может затрагивать права государства (создавать для него организационные трудности, связанные с необходимостью рассмотрения многократных обращений о пересмотре приговора), и государство вправе принимать меры, направленные на предотвращение возможных злоупотреблений правом и меры по предотвращению судебных ошибок, в том числе не допускать ослабления роли судов первой и апелляционной инстанции и переложения основного бремени рассмотрения дел на кассацию, надзор или возобновление дела. Одной из таких мер является ограничительное формулирование оснований для пересмотра приговора не любых нарушений закона, а лишь тех, которые влияют на правосудность приговора, затрагивают его существо. Однако такого рода меры не должны блокировать конституционное право осужденного на исправление судебных ошибок, пользующегося приоритетом перед организационными интересами государственной деятельности (статьи 2, 18, 50, часть 3, Конституции Российской Федерации).

В гражданском и арбитражном процессах помимо организационных интересов государства пересмотр вступившего в законную силу решения всегда (как правило) затрагивает интересы тех частных лиц, чьи права были этим решением обеспечены за счет обязанностей другого лица в установленном судом правоотношении. В связи с этим правило о признании законной силы судебных решений, их неопровержимости (res judicata) здесь должно действовать более жестко, и юридических возможностей для пересмотра судебного решения должно быть меньше. Следовательно, правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированные им в постановлениях от 17 ноября 2005 года N 11-П и от 5 февраля 2007 года N 2-П применительно к гражданскому судопроизводству, могут не в полной мере и не буквально распространяться на уголовное судопроизводство.

Список литературы

1. Ведищев Н.П. Соотношение стадии возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств и стадии производства в надзорной инстанции в решениях Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека и перспектива их дальнейшего развития // Адвокат. 2009. N 6.

2. Давыдов В.А. Комментарий к статье 413 УПК Российской Федерации // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. В.М. Лебедев. Рук. авт. кол. В.А. Давыдов. - М., 2014.

3. Манова Н.С. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств: достоинства и неудачи правовой регламентации // Государство и право. 2008. N 5. С. 108.

4. Соловьев С.А. Благоприятствование защите (favor defensionis) как безусловное соблюдение реального, а не декларативного равенства в процессе // Справедливость и равенство в уголовном судопроизводстве. - СПб., 2015.

5. Уголовный процесс / Под общ. ред. А.В. Смирнова. Вступительная статья В.Д. Зорькина. - М., 2015.

─────────────────────────────────────────────────────────────────────────

*(1) См.: Давыдов В.А. Комментарий к статье 413 УПК Российской Федерации // Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Отв. ред. В.М. Лебедев. Рук. авт. кол. В.А. Давыдов. - М.: 2014.

*(2) См.: Ведищев Н.П. Соотношение стадии возобновления производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств и стадии производства в надзорной инстанции в решениях Конституционного Суда РФ и Европейского суда по правам человека и перспектива их дальнейшего развития // Адвокат. 2009. N 6.; Манова Н.С. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств: достоинства и неудачи правовой регламентации // Государство и право. 2008. N 5. - С. 108 и др.

*(3) См.: Определения Конституционного Суда РФ от 25 сентября 2014 года N 2215-О, от 23 декабря 2014 года N 2844-О, от 17 февраля 2015 года N 302-О, от 21 мая 2015 года N 1108-О, от 29 сентября 2015 года N 1977-О и др.

*(4) См.: Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 ноября 2011 года N 1468-О-О, от 18 сентября 2014 года N 2099-О, от 23 июня 2015 года N 1332-О, от 16 июля 2015 года N 1619-О, от 29 сентября 2015 года N 2280-О и др.

*(5) См. Особое мнение судьи Конституционного Суда Российской Федерации С.М. Казанцева к Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2007 г. N 6-П по делу о проверке конституционности положений статей 237, 413 и 418 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом президиума Курганского областного суда.

*(6) См.: Уголовный процесс / Под общ. ред. А.В. Смирнова. Вступит. статья В.Д. Зорькина. - М., 2015. - С. 67-68. Принцип исключительных прав защиты подробно рассматривается в статье С.А. Соловьева "Благоприятствование защите (favor defensionis) как безусловное соблюдение реального, а не декларативного равенства в процессе", также представленной в настоящем сборнике.

 


Калиновский К.Б. Обстоятельства, известные правосудию как основание для возобновления производства по уголовному делу в порядке главы 49 УПК Российской Федерации (статья входит в сборник "Справедливость и равенство в уголовном судопроизводстве" (в двух частях, часть первая), подготовленный по материалам всероссийской научно-практической конференции (Санкт-Петербург, 20-21 марта 2015 года). - "Петрополис", 2016 г.) [Электронный ресурс]. Доступ из Системы ГАРАНТ // // База данных "Электронный периодический справочник "Система ГАРАНТ": информационный блок "Библиотека научных публикаций" [Электронный ресурс]. - Режим доступа: URL: http://study.garant.ru/auth/login?username=guest#/document/57286263