Вилкс А.Я. Уголовная юстиция Латвии: тренд трансформации – прошлое, настоящее и будущее

 

Вилкс Андрей Янович, декан юридического
факультета Рижского университета Страдиня, доктор права, профессор (Andrejs Vilks, Dr. iur., Dean of the Faculty of Law of the Riga Stradiņš University, associate Professor)

 

Уголовная юстиция Латвии: тренд трансформации:
прошлое, настоящее и будущее

 

Система уголовной юстиции в первую очередь
призвана обеспечивать интересы и права как каждого человека, так и общества в
целом. Система уголовной юстиции является многогранной и, практически,
всеобъемной. Почти все элементы, с которыми сталкивается человек в связи с
совершением уголовно наказуемого деяния, могут быть отнесены к системе
уголовной юстиции. Так что же мы включаем в систему уголовной  юрисдикции?

Условно систему криминальной юстиции можно
представить в следующем виде (см. рис. 1).

Таким образом, в уголовно-правовую систему мы
включаем четыре четко взаимосвязанных элемента: во-первых, уголовное и
уголовно-процессуальное законодательство; во-вторых, институты и учреждения,
которые реализуют соответствующие правовые нормы; в-третьих, различную, в
отдельных случаях даже противоречивую практику правовых структур по применению
уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм; в-четвертых, уровень правовой
культуры и правовых знаний в обществе.

Неоспоримо то, что  система уголовной юстиции в настоящее время в
силу разных причин претерпевает значительные изменения. В основе трансформации
уголовно-правовой системы находиться несколько взаимосвязанных групп
детерминантов. Какие? Во-первых, общие глобальные социально экономические и
политические изменения в мире. Здесь отметим усиливающееся социальное
неравенство между различными общественными группами и регионами, глобальный
мировой кризис, и, бесспорно, резкое возрастание потенциала криминальных
структур, расширение спектра деяний, которые мы относим к уголовно наказуемым.
Во-вторых, заметное снижение потенциала и возможностей правоохранительных
структур, их резко усиливающееся мотивация в получении новых доходов.
В-третьих, определенная криминализация общественного сознания, деформация
системы общественных ценностей. В обществе укоренились взгляды о том, что
правоохранительные учреждения не способны должным образом обеспечивать
правопорядок в регионе или стране. Не оспаривая данный подход, отметим  все же еще одну особенность: в целом,
проявляется  еще больший разрыв между
системой уголовной юрисдикции и населением, людьми, которым во все большей мере
нужна правовая защита; все острее проявляется проблема коммуникации между
населением и правоохранительными структурами. Необходимо признать, что в
подобных условиях система уголовной юстиции должна претерпеть весьма
существенные изменения. Система уголовной юстиции должна соответствовать
современным политико-правовым  условиям.

Традиционная уголовная система Латвии
первоначально образовывалась с явно выраженной ориентацией на репрессии.
Основными компонентами уголовного законодательства было возмездие и
восстановление справедливости путем причинения страданий правонарушителю,
иногда даже его физическим уничтожением. В правовых уложениях Рижского
архибийскапа в крестьянском праве можно найти четко выраженный принцип Таллиона
– «зуб за зуб, жизнь за жизнь» (1,9; 2, 44). Кровная месть в Латвии сохранялась
вплоть до 16 века. Весьма красноречиво институт кровной мести описан в хронике
Балтазара Русова, где сказано: «Если убит крестьянин, то ближайшие друзья  убитого судили убийцу по своему усмотрению,
убивая его без всякого приговора, там где убийца был схвачен, даже несмотря что
убийство могло произойти при самозащите. Однако если убийцу  не могли найти, терпеть могли и его ближайшие
друзья, пострадать мог за своего отца даже ребенок в своей колыбели (1,10).

  В последующем
система и виды наказаний за преступления в Латвии стали разнообразнее,
значительно расширился и спектр уголовно наказуемых деяний (в соответствии
действующим законодательством наказывалось колдовство, отказ от отцовской веры,
преступления против имущества, порча скота и др. В 17 – 19 веках в становлении
уголовного законодательства и учреждений уголовной репрессии (полиции, судов,
тюрем) в Латвии чувствовалось весьма сильное влияние Германии, Швеции и России.
Влияние России на формировании уголовно-правовой системы Латвии чувствуется и в
сложившийся терминологии. К примеру, термин «наказать» в Латвии обозначатся как
«sodīt» - что происходит от русского термина – «судить».

  
Система уголовной юстиции, в том числе и в Латвии, во всей большей мере инстанционализируется.
Уголовно наказуемыми признаются только те деяния, которые формально попадая под
обозначенные в Уголовном законе преступления, признаются таковыми
правоприменительными решениями соответствующих уполномоченных на это
государственных учреждений и должностных лиц. Соответствующим образом в
уголовно правовой системе все большее значение, на наш взгляд, играет не буква
закона или определенная статья в Уголовном кодексе, а интерпретация и оценка
деяния конкретным чиновником как преступление или просто неэтичный проступок. В
системе уголовной юстиции все большее значение играют политические или иные интересы,
профессионализм и личная ответственность работников уголовно правовой (правоохранительной)
службы. 

В современной уголовно правовой системе во все
большей мере не обеспечивается защита пострадавших от уголовно наказуемых
деяний. Данный процесс начинается с того, что конкретное деяние не признается
преступным, а лицо, от него пострадавшее, - потерпевшим; его законные интересы
в судебных инстанциях обеспечиваются в меньшей степени, чем интересы
правонарушителей. В результате нарушенные права потерпевших не
восстанавливаются и причиненный в результате преступления ущерб в лучшем случае
компенсируется в самом незначительном объеме. Восстановление справедливости
остается лишь не исполнимой иллюзией.

С другой стороны в системе уголовной  юрисдикции, в том числе в Латвии, сохраняются
тяжелые репрессивные меры, долгое и мучительное предварительное расследование,
длящиеся и временами не знающее разумных пределов судебное разбирательство, применение
к совершившим преступления лицам несоразмерно тяжких наказаний,  особенно связанных с лишением свободы.

 

 

 

 

Перспективы новой уголовной юстиции можно
связывать с ее ориентацией на оказание незамедлительной помощи лицам, которые
вовлечены в деликты уголовного характера(3). В первую  очередь это относиться к жертвам или
потенциальным жертвам преступлений, членам их семей. Во-вторых, новая уголовная
юстиция должна с полной ответственностью и профессионально относиться к лицам
совершившим преступления или предрасположенным к девиантному поведению.
Отметим, что и в России в настоящее время все более обсуждаются идеи о так
называемой «восстановительной юриспруденции» или к новым парадигмам
криминальной юриспруденции(4). Указанные аспекты более широко обсудим в ходе
работы конференции. Анализируя тренды трансформации уголовной юриспруденции мы
можем сделать некоторые обобщения.

РЕЗЮМЕ

 Путь
трансформации уголовной юстиции в целом является достаточно сложным и
противоречивым. Прослеживая процесс ее развития сквозь призму времен, мы можем
отметить ряд традиционных и, на наш взгляд, не достаточно благоприятных
компонентов. Хотя перспективы и будущее системы уголовной юстиции Латвии, как и
ряда других стран (России, Швеции, Эстонии, Украины и др.) мы можем оценить как
весьма благоприятные.

 Борьба с преступностью, укрепление системы уголовной юстиции, научно
обоснованная и социально обусловленная уголовная политика в целом не является прерогативой
ряда стран. 

Уголовное и уголовно-процессуальное законодательство по прежнему
является консервативным со стагнационными элементами, незначительно меняющееся
и, порой, не соответствующее духу времени. 

Структуры уголовной юстиции, в целом,
стараются сохранить прежние стойкие ориентации, нацеленные на реализацию
репрессивных функций. Стремление восстановления справедливости и  компенсации ущерба, причиненного в результате
преступной деятельности, в настоящее время остается  идеей утопической. 

Учреждения уголовной юстиции не укрепляются
профессионально, материально технически, технологически и методически; не
поддерживаются в соответствии с усложняющимися криминогенными и оперативно-стратегическими
условиями. 

Правовая культура и юридическое сознание
населения является достаточно деформированным. У части населения отсутствуют
необходимые уголовно-правовые знания, наблюдается  неблагоприятное отношение к системе
учреждений уголовной юриспруденции и ее работникам, в обществе в целом царят нигилистические
настроения к правовой системе.

Перспективной в будущем является создание
системы компенсирующей юриспруденции, ориентированной на восстановление
справедливости, компенсацию нанесенного в результате преступной деятельности ущерба
и возвращение правонарушителей к нормальной жизни.

 

Использованные
источники

  1. Lagzdiņš J. Parašu tiesības Latvijas
    teritorijā līdz 13. gs.//Tiesību spogulis I. Zinātnisko rakstu krājums. Turība,
    1999.
  2. Švābe Ā. Latvijas tiesību vēsture. Latvijas
    Universitātes studentu padomes grāmatnīcas izdevums. Rīga, 1932.
  3. Judins A. Kriminālās justīcijas jaunie
    vaibsti.//Jurista vārds, Nr. 16, 2010. gada 20 aprīlis.
  4. Kарнозов Л. На пути к новой парадигме
    уголовной юстиции// http://www.index.org.ru/journal/18/18-karnoz.html.
    (см. 22.08.2010.).; Маколи М. О реформе ювенальной юстиции и целях экспертных
    дискуссий. Ответ на рецензию Виктории Шмидт //.http://www.soclabo.org/rus/journal/5/6/vers/34/

 

 

 

Прикрепленный файлРазмер
attachment-1.gif9.58 кб
attachment-2.gif25.04 кб