Поздняков М.Л. Юридическое пространство России – постановка проблемы.

 

Поздняков Михаил Львович, Научный сотрудник Института
проблем правоприменения при Европейском Университете в Санкт-Петербурге

 

 

 

Юридическое пространство России – постановка проблемы 

 

Общая часть

 Имеет смысл поставить вопрос об описании пространства, в котором
проистекает вся юридическая жизнь России. Понятно, что эта задача слишком
масштабная, чтобы можно было решить этот вопрос сейчас. Поэтому настоящую
заметку я рассматриваю скорее как тезисы, а вернее подходы к решению проблемы.

Для чего необходима такая постановка проблемы? Есть
основания предполагать, что присутствует сильное искажение задач для той или
иной деятельности выполняемой в юридическом пространстве. Если это так, то
расхождение между реальным и озвучиваемым содержанием может повлечь впадение в
неадекватность, при оценке многих ролей и функций. Обоснованность указанных
подозрений прямо пропорциональна актуальности исследования.

В рамках настоящей работы: юридическое пространство это область
в пределах которой действуют люди и структуры (акторы) определяющие понимание
юридических норм и юридическую практику. Такой подход позволяет исключить из
анализа лиц пассивно воспринимающих правовые новации (обыватель), либо не
имеющих намерения повлиять на реальность, как, например, многие судьи.

Описание акторов. Можно пойти по пути структурализации всех
акторов юридического пространства, начав с деления на теоретиков и практиков и
далее по виду практической деятельности и научным дисциплинам. Однако, несмотря
на всё кажущееся удобство такого подхода, хотелось бы исходить из иного
подхода, при котором акторы будут указываться по факту в процессе исследования
и установления возможного соотношения между ними. Этот подход удобен тем, что
позволяет не воспроизводить сложившиеся представления о структуре юридического
пространства, которое очень вероятно может оказаться ошибочным, а выстраивать
понимание по мере его роста. Официальная структурализация юридического
пространства в частности деление на теоретиков и практиков, а также кодификация
научных дисциплин сами являются продуктом подлежащим анализу, а отнюдь не
фундамент для мышления. Кроме того само механическое разделение на ученых
(теоретиков) и практиков не оправдывает себя в условиях моды на ученые звания.

Актор это лицо, или, что чаще, группа лиц, активность
которого(ых) в правовом поле может быть сведена к понятию субъект, то есть
способность осознанного влияния на общество, и юридическую практику в соответствии
со своими убеждениями, целями, интересами. Чаще акторами являются группы лиц,
ограниченных ведомственными рамками, либо профессиональными рамками. Единичное
лицо если и выступает как актор (субъект) юридического пространства, то только
эпизодически, в остальное время примыкая к какой-либо группе. Интерес актора
является главным критерием его активности. В практической сфере применение
правовых норм равно использованию правовых норм в своих интересах.
Правоприменительная практика может, осуществляется только в соответствии с
интересами актора. Если это невозможно норма не исполняется. В теоретической
сфере оценка правовых явлений подгоняется под интерес актора.

Есть ли граница юридического пространства? Следует признать,
что юридическое пространство это не жестко локализованный континуум и не
описание некой субкультуры, а скорее возможность вычленить активность
субъектов, творящих реальность от пассивного восприятия большинства людей.
Таким образом, юридическое пространство встроено в социум. Описание юридического
пространства сводится к анализу активных участников и вскрытие  их реальных функций.

Особенная часть

Исходной точкой для понимания акторов юридического
пространства можно употребить термин «юридическое сообщество», под которым
понимается любое проявление активности человека в правовой сфере. В условиях
разнообразия потенциально автономных векторов, которых придерживаются разные
акторы невозможен объединяющий термин. По ходу изложения буду отрезать от него
куски, которые либо будут получать новую жизнь, либо выбрасываться. Здесь
следует пояснить, что далеко не каждый юрист (участник юридическое сообщества)
является актором.

Первым куском, который с целью анализа следует отрезать от
тела химеры под названием «юридическое сообщество» должны быть лица, работающие
в системе высшего образования – преподаватели вузов с правовой специализацией. Система
высшего образования, является наиболее массивной частью, на почве которой
произрастает большая часть видимой активности в юридическом пространстве. Нет точных
цифр в отношении численности, но думаю каждый согласится, что это масштабный сегмент.

Здесь есть комплексные проблемы, но выделим только их
специфическое, в указанном контексте, звучание. Роль преподавателя вуза
является не только наиболее заметной в юридическом пространстве, но и выступает
как своеобразный вход в публичность.

Основной характеристикой этого сегмента являются следствия
ошибочного сочетания исследовательской (научной) и преподавательской работ. По
своей сути это совершенно разные виды активности. Преподавание является
трансляцией готовых формул, по графику, с ожидаемым результатом, без цели
познания. Этого нельзя сказать об исследовательской деятельности. Хотя возможно
сохранение неформальной границы между учеными и преподавателями, в настоящий
момент эта граница размыта. Специфика окладной системы привела к появлению
такого феномена как «ученый по неволе». Само воздействие на правовую реальность
как факт присутствует, но его содержание формируется  не есть результат научного познания. Избыточно
не только само количество исследований. Государство заинтересовано в
консервации сложившихся отношений. Присутствует заказ на стагнацию. Это
изначально снижает научную нагруженность работ, исполнение ритуалов и
соблюдение внешних форм выступает как основное содержание.

Исследуемый актор инфраструктурно полноценен и
многочисленен, но отрезан от реальных рычагов развития юридической практики,
что по идее должно быть доминирующей целью. Вечный холостой привод только
усугубляет ситуацию снижая качество и практичность содержания публикаций.

Можно упомянуть проблемы образования. А именно синдром
обязательного высшего образования, сверхпопулярность юридической специальности
приводят к увеличению числа преподавателей, что только укрепляет указанные
тенденции.

В силу сложившихся обстоятельств преподавателями вузов развивается
миф об идеальном государстве, на который они активно работают. Это и учебные
курсы и большая часть диссертаций. Господствует направление не встречаться с
реальными проблемами, а главное не входить в поле интересов иных акторов. Говорение
об отвлеченных принципах, то есть о том чего на практике нет. 

С одной стороны это позволяет не пересматривать учебные
программы, а с  другой стороны выводит
актора «преподаватель вуза» на уровень активной работы с сознанием населения по
вритуализации реальности. Эта функция ближе к СМИ, нежели к научному познанию. Обилие
фактологии (законодательный массив и нарастающий объем внутренних
несоответствий) позволяет развиваться жанру комментирования текстов, что
согласуется со сложившейся ситуацией. Это и есть реальное содержание актора
преподавателя.

Научное сообщество – неоформившийся, неполноценный субъект,
и пока нерасторжим с актором «преподаватель вуза». Специфика последнего
доминирует. Заключает в себе лиц отрицающих задачи по декорированию.
Перспективы неясны.

Телевизор/медиа индустрия  (официальные СМИ) наиболее важный участник
формирования картины идеального государства, формирует веру у людей в режим
законности, первичность письменных текстов, заслоняя реальность.  

Практические работники как один актор не могут быть описаны,
поскольку главным критерием для структурирования юридического пространства
является вид деятельности, с помощью которого происходит воздействие на реальность.
Изначально не верен термин «практики», как описывающий гомогенную по своим задачам
профессиональную корпорацию. Цели каждого профессионального сообщества
различны. Нельзя применять терминологию «служат государству». Это ничего не
описывает.

К практической сфере следует относить тех, кто
непосредственно задействован в правоприменительном процессе. Далеко не каждое
ведомство является самостоятельным актором. Например, суды общей юрисдикции,
хотя и занимаются правоприменением, но в основной массе занимают пассивную
позицию и легко контролируются иными субъектами, по сути, вставая на уровень их
подсистем. Реальное содержание активности акторов из сферы практики прямо подчинено
интересам конкретного ведомства.

Арбитражная система выступает полноценным актором.

Наиболее сильными акторами среди практиков являются прокуратура,
милиция. Имеют свои ведомственные интересы. Осознают их и достигают. Как
методами публичных действия (заявления, публикации, практические решения), так
и не непублично (влияние на законодательный процесс, игнорирование неудобных
норм, создание своего толкования  и проч.).

Адвокатское сообщество – близко к преподавателям вузов, с
тем исключением, что встроено в механизм уголовного преследования. В своей
публичной активности работает на формирование декоративности, иллюзии, близости
 или достижимости идеала. В непубличной
сфере обрабатывает неформальные практики.

Местные элиты (кланы) как актор юридического пространства
существуют ровно в той мере, в какой суды отказываются от роли акторов.

Конституционный Суд РФ – сегодня напрямую не влияет на
практику, активность ограничивается медиа эффектом, практически полностью
переместился в сферу, где идет работа над образом идеального государства.

Можно выделить иных акторов и установить связи между ними,
но для постановки проблемы достаточно.

Выводы

Акторы юридического пространства России работают на задачу
сохранения сложившейся ситуации. Соответственно существует задача недопущения
формирования акторов с иным содержанием. Попытки введения адвокатской монополии
является процессом расширения отработанного механизма на слой нарождающихся
частных представителей вне адвокатуры (исключение нового актора). Борьба между акторами
если и ведется  не затрагивает вопроса о
пересмотре сложившейся конфигурации.

Особенностью акторов юридического пространства России является
то, что структура господствует над личностью. Особенности структуры определяют
результат. Позиция формируется не на основе личных убеждений, а на основе
отождествления с местом работы. Переход на другую должность позволяет легко
сменить убеждения. Переход преподавателей вузов в судьи принципиально ничего не
меняет.

Более правильным является не распространенное деление
акторов на две условные большие группы теоретики и практики, а деление на тех
кто вовлечен в осуществление правоприменительных функций и тех, кто формирует
идеальную модель, убеждая населения в ее реальности. За первой группой можно
сохранить эпитет практики, а вторую правильнее именовать ТВ-сегментом.
Альтернативные функции (научное познание, защита интересов граждан) не нашли
своего закрепления, и пока не могут быть толерантны вектору развития
современной России. Без создания акторов в альтернативном, в сравнении с
существующими у других акторов, 
ценностями невозможно качественное развитие правовой системы России. С
учетом приоритета структуры над личностью, нужно не выращивать личностей с
иными подходами тем самым только порождая внутренние конфликты, а создавать
условия для моделирования новых структур с задачами толерантными желаемому
вектору развития.

Безсубъектность судов общей юрисдикции в соединении с
расширением судебной компетенции создает странную ситуацию  актора второго плана. Субъект формально не
имеющий рычагов по влиянию на правоприменительную практику.

Возможен подход с той стороны что сложившаяся ситуация
нормальна и требует сохранения. Однако это ставит перед необходимостью создания
сегмента, в рамках которого, не обязательно публично, но будет происходить
анализ ситуации с опорой на реальные, а не декларируемые функции акторов.