:  
 
You are on the old site. Go to the new website linknew website link
Вы находитесь на старом сайте. Перейдите на новый по ссылке.

 
 Архив новостей
 Новости сайта
 Поиск
 Проекты
 Статьи






. .

? !



Стратегии уголовного судопроизводства
Материалы международной конференции, посвященной посвященной  160-летней годовщине со дня рождения проф. И.Я. Фойницкого 11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)

Ермакова Е.В. Участие защитника при производстве по уголовным делам в отношении лиц, симулирующих психические расстройства, как способ обеспечения ИХ прав и законных интересов




Материалы международной научной конференции
посвященной  160-летней годовщине со дня рождения
проф. И.Я. Фойницкого
«СТРАТЕГИИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА»
11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)





2007, СПб, , , Ермакова Елена Валерьевна, 
Ермакова Елена Валерьевна, преподаватель кафедры уголовно-правовых дисциплин ИФ «Академия права и управления» (Институт), аспирант  кафедры уголовного процесса и правоохранительной деятельности Удмуртского государственного  университета г. Ижевск УР


Участие защитника при производстве по уголовным делам в отношении лиц, симулирующих психические расстройства, как способ обеспечения их прав и законных интересов


Участие защитника на предварительном следствии является наиболее распространенным способом обеспечения прав и законных интересов лиц, в частности лиц, симулирующих психические расстройства. Особое значение привлечения защитника в данном случае основано на вероятности ограничении прав и законных интересов указанной специфической группы участников уголовного судопроизводства,  в связи с чем, вопросы участия защитника приобретают особое значение.

Возможность ограничения обуславливается во многом сложностью и двойственностью симуляции психических расстройств как таковой. Помимо отсутствия нормативной базы, регулирующей специфику производства уголовных дел с участием лиц, симулирующих психические расстройства, что ставит следователя в процессе расследовании уголовного дела столкнувшегося с подобной категорией в определенное затруднение при ведении производства, получении информации, необходимой для дальнейшего расследования уголовного дела, а, следовательно, возможностью невольного нарушения закона в части обеспечения прав и свобод симулянта, необходимо отметить еще несколько моментов.

Во-первых, отсутствие единства в понимании симуляции: от отрицания существования ее как таковой, трактовке данного явления собственно как психическое расстройство; признания возможности продуцирования определенной симптоматики психически здоровым человеком и дефинирования так называемой чистой симуляции до утверждения того, что в связи с чрезвычайной физической и эмоциональной трудностью искусственного изображения целостной клинической картины психического заболевания, длительностью подобного поведения у симулянта с необходимостью формируется психическое расстройство. Порой симуляция, начавшись как сознательное притворство, подвергается истерической фиксации «соскальзывает» в более глубокие слои личности, становясь полусознательной реакцией[1]. Во многих случаях симулянты после длительного притворного поведения вследствие нервного психического истощения обнаруживают ухудшение как физического, так и психического здоровья. На фоне физически ослабленного организма легко развиваются тяжелые реактивные состояния типа «тюремных психозов» (с измененным сознанием, спутанностью, бредовыми идеями)[2].

Во-вторых, в виду возможности чистого продуцирования притворного поведения, так и на фоне реально имеющейся патологии,  симуляция заставляет следователя балансировать между вменяемостью и невменяемостью, законом и вероятностью его нарушения, решая вопрос: если лицо действительно страдает психическими заболеваниями, то его участие в ряде следственных действий с точки зрения правил допустимости доказательств не может иметь места, так как для этого необходимо осознание и адекватная оценка происходящего, которое в данном случае остается неопределенным. Однако если лицо вменяемо и лишь симулирует болезнь, то следователь до полного решения вопроса о притворном поведении, путем проведения комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы, с процессуальной точки зрения может добывать определенную ориентирующую информацию без сомнения о ее возможном использовании и доказательственном значении

В-третьих, сложность указанной категории дел обусловлена сложностями не только в диагностике притворного поведения, но даже простого статистического учета случаев. По утверждению специалистов при всем многообразии форм симуляции психических расстройств учитывается, как правило, небольшой процент случаев неудавшейся чистой симуляции, а успешная, равно как и симуляция на патологической основе никакого выражения в данной ситуации не получает. Указанная неопределенность во мнениях может быть объяснена различными причинами: играют роль и этапы развития отечественной психиатрии, личный опыт психиатров, и характер материала учреждений, где проводится исследование, и различные периоды общественно-политической жизни.

С учетом вышеизложенного, необходимо отметить, что участие защитника по уголовным делам с участием лиц, симулирующих психические расстройства, является обязательным. В связи с чем, процессуальным основанием обязательности, на наш взгляд, следует признать п.3 ч.1 ст.51 УПК РФ (подозреваемый, обвиняемый в силу физических или психических недостатков не может самостоятельно осуществлять свое право на защиту). Законодателем не разработан перечень психических недостатков, наличие которых у обвиняемого (подозреваемого) вызывает необходимость обеспечения обязательного участия защитника при производстве по данному уголовному делу. Исходя из чего, при возникновении у следователя, суда сомнений относительно психических отклонений лица либо реальности продуцирования симптоматики таковых, они встают перед необходимостью самостоятельно оценивать, исходя из конкретных обстоятельств дела, способность реального использования предоставленной субъекту законом совокупности прав в рамках уголовного процесса, в частности реализацию им права на защиту самостоятельно, без квалифицированной юридической помощи защитника. Однако в случае симуляции психических расстройств такая способность исключена. Кроме  того, в специальной литературе упоминается о том, что собственно психические болезни, которые, кстати, могут иметь достаточно широкий круг от грубых и тяжелых до самых незначительных, не исчерпывают всех видов расстройств психики, при наличии которых правомерна постановка вопроса о неспособности обвиняемого (подозреваемого) самостоятельно осуществлять свое право на защиту[3].

Так, не подвергая более сомнению обязательность участия защитника при производстве по уголовному делу в отношении лица, симулирующего психические расстройства, следует разрешить вопросы, связанные с определением момента допуска защитника в производство по данной категории дел. Согласно нормам действующего законодательства в рассматриваемом случае участие защитника обеспечивается в общем порядке, предусмотренном ч.3 ст.49 УПК РФ, однако с учетом указанной специфики необходимо отметить, что наиболее часто встречаемым из предусмотренных является момент объявления лицу, подозреваемому в совершении преступления, постановления о назначении судебно-психиатрической экспертизы (п.4 ч.3 ст.49 УПК РФ). Введение указанной нормы разрешило существовавший ранее по этому поводу спор, участники которого отстаивали различные точки зрения, в том числе и необходимость допуска защитника к делу с момента возникновения любого сомнения в психическом состоянии лица[4], что с тактической точки зрения применительно к производству по уголовному делу в отношении лица, симулирующего психические расстройства, имеет определенную ценность. Однако фактически момент возникновения сомнений относительно психического состояния лица неразрывно связан с объявлением симулянту преступления, постановления о назначении судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы. Поскольку первое с необходимостью влечет второе.

Кроме того, в рамках данной статьи считаю необходимым обратить внимание на недопустимость сведения роли защитника при производстве рассматриваемой категории дел не к функции защиты, а лишь к представительству интересов симулянта. Основное предназначение представителя – заменить сторону в процессуальных отношениях, выступить вместо нее, его процессуальные действия имеют такие же правовые последствия, как если бы они исходили от самой стороны. Представитель обязан представлять уполномочившее его лицо в соответствии с его волей. Правовое положение защитника в данном случае не соответствует указанным признакам института представительства. Защитник не заменяет симулянта при производстве уголовного дела, даже в случае отсутствия последнего. Участие защитника не лишает подозреваемого (обвиняемого) возможности самостоятельно осуществлять предоставленные ему законом полномочия, что приобретает особое значения в случае чистой симуляции психически здоровым лицом. Наконец, не исключаются случаи прямого несогласия защитника с позицией подзащитного, которая не является для него обязательной. В качестве примера можно привести случаи симуляции психических расстройств на патологической основе, когда симулятивное поведение продуцирует человек, имеющий реальное психическое заболевание, в силу которого он не может в полном объеме осознавать значимость некоторых действий и решений. В данной ситуации Защитник, выполняя функцию именно защиты, а не представительства, действует в интересах указанного лица, прилагая все усилия для реализации его прав и обеспечения законных интересов.

Помимо вышеуказанного необходимо так же отметить, что действующее уголовно-процессуальное законодательство, отмечает право защитника участвовать при производстве следственных действий. Однако в случае симуляции психических расстройств, существует необходимость говорить о таковой обязанности. Данное утверждение основывается во многом на тактических соображениях ведения производства данной категории дел.

Таким образом, в заключение хотелось бы еще раз обратить внимание на необходимость обязательного участия защитника при производстве всех процессуальных действий произведенных в рамках уголовного дела в отношении лица, симулирующего психические расстройства, как основное средство обеспечения прав и законных интересов симулянта.



[1] Фелинская Н.И. Проблема симуляции в судебно-психиатрической клинике // Проблемы судебной психиатрии. Сборник VI / под ред. Фейнберг Ц.М. - М., 1947. С. 136

[2] Фелинская Н.И. Там же. С. 140

[3] Метелица Ю.Л., Шишков С.Н. О психических недостатках, препятствующих обвиняемому самому осуществлять свое право на защиту // Организация психиатрической помощи и профилактика общественно опасных действий психически больных. Сборник научных трудов / под ред. Г.В. Морозова. – М., 1982г.

[4] Горленко Е.Е. Гарантии процессуальных прав лиц, с психическими отклонениями на предварительном следствии: Дисс. канд. юрид. наук. - М.: РГБ, 2003г. С. 141.


: 17/09/2007
: 2568
:
Барабаш А.С. Вклад Ивана Яковлевича Фойницкого в определение места состязательности в российском уголовном процессе
Зайцева Л.В. Реформирование уголовно-процессуального законодательства республики Беларусь: проблемы и перспективы
Мартышкин В.Н. Пределы судебного усмотрения и механизмы его ограничения в уголовном судопроизводстве
Панькина И.Ю. Основные элементы внесудебного способа разрешения уголовно-процессуального конфликта
Цыганенко С.С. Дифференциация как модель уголовного процесса (уголовно-процессуальная стратегия)
Калинкина Л.Д. Совершенствование норм УПК РФ о нарушениях уголовно-процессуального закона – необходимое условие обеспечения должной процедуры производства по уголовным делам
ТУЛАГАНОВА Г.З., ФАЙЗИЕВ Ш. Классификация мер процессуального принуждения по характеру воздействия
Алексеев С.Г. , Лукичев Б.А. Взгляды И.Я. Фойницкого на институт судебной экспертизы и их отражение в зеркале современности
Галюкова М.И. Реализация функции защиты в состязательном уголовном процессе
Гамбарян А.С. Реформа досудебной стадии уголовного процесса в Республике Армения

| |


.:  ::   ::  :.

RusNuke2003 theme by PHP-Nuke -
IUAJ

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Direct.insertInto(66602, "yandex_ad", { ad_format: "direct", font_size: 1, type: "horizontal", limit: 3, title_font_size: 2, site_bg_color: "FFFFFF", header_bg_color: "FEEAC7", title_color: "0000CC", url_color: "006600", text_color: "000000", hover_color: "0066FF", favicon: true, n
PHP Nuke CMS.
2005-2008. Поддержка cайта