:  
 
You are on the old site. Go to the new website linknew website link
Вы находитесь на старом сайте. Перейдите на новый по ссылке.

 
 Архив новостей
 Новости сайта
 Поиск
 Проекты
 Статьи






. .

? !



Стратегии уголовного судопроизводства
Материалы международной конференции, посвященной посвященной  160-летней годовщине со дня рождения проф. И.Я. Фойницкого 11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)

Зархин Ю.М. О системных связях уголовно-процессуального права



Материалы международной научной конференции
посвященной  160-летней годовщине со дня рождения
проф. И.Я. Фойницкого
«СТРАТЕГИИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА»
11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)


оглавление




2007, СПб, , , Зархин Ю.М., 
Зархин Ю.М. , к.ю.н. , профессор кафедры уголовного процесса  Ижевского филиала Нижегородской  академии МВД России

 

О СИСТЕМНЫХ СВЯЗЯХ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА
 

          
  Исследование стратегий уголовного судопроизводства невозможно изолировать от оценки действующей модели уголовно-процессуального права.

            Если верно, что понятие «стратегия» в самом общем значении определяется как «искусство планирования руководства, основанного на правильных и далеко идущих прогнозах», [1]то выбор стратегии уголовного судопроизводства должен исходить из реальных социально-исторических условий и прогнозирования  влияния уголовной юстиции на состояние общества, правопорядка в нем, на защищенность  прав человека.

            Но на эти субстанции влияет далеко не только уголовно-процессуальная деятельность, ибо она не автономна. Влияет (наряду с другими факторами) комплексный результат действия всех отраслей права. Поэтому актуальным критерием определения оптимальной стратегии уголовного судопроизводства следует считать степень соответствия уголовно - процессуального права как подсистемы правовой системе государства в целом.  «Границы между отдельными отраслями права относительны. Не существует отраслей права единой правовой системы, абсолютно изолированных одна от другой».[2] Действующее уголовно-процессуальное законодательство этого в должной мере не учитывает.

Фундаментальные принципы правовой системы определяются нормами Конституции, обладающими высшей юридической силой и прямым действием. Недооценка этого обстоятельства просматривается уже в части 1 статьи 1 УПК РФ, гласящей: « Порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции РФ». Такая формулировка не согласуется с положением о прямом действии Конституции (ст. 15 Конституции РФ, п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. « О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ»).

В формулировке  ч. 1 ст. 1 УПК РФ игнорируется также системная связь уголовно-процессуального  и смежных отраслей законодательства, хотя сам УПК содержит многочисленные ссылки на другие федеральные законы: на УК РФ (в ст. 25, 28, 31, 56-59, 73, 150, 151 УПК), на ГК РФ (в ст. 45, 54, 55 УПК) на ГПК РФ (ч. 4 ст. 115 УПК), на УИК РФ (ст. 397 УПК), на Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности (п. 1 ч. 1 ст. 40 УПК), нормами которых соответственно регламентируются те или иные уголовно-процессуальные ситуации.

Регулируется уголовно-процессуальная деятельность и международными договорами РФ, что предусмотрено Конституцией РФ (ст.15) и нормами самого УПК (ч. 1 ст. 2, ряд норм части пятой УПК). Ничего об этих источниках права не сказано в ч. 1 ст. 1 УПК.

Этот недочет кодекса тем более заметен, что в других отраслях процессуального законодательства нормы, определяющие систему источников права, сформулированы именно с учетом системной взаимосвязи отраслей (ст.  1 ГПК РФ, ч. 2 ст. 3 Арбитражного процессуального кодекса РФ, ст. 4 Федерального закона «Об оперативно - розыскной деятельности)). Так, ст. 1 ГПК РФ устанавливает, что порядок судопроизводства определяется, прежде всего, Конституцией РФ, Федеральным конституционным законом «О судебной системе РФ», международными договорами, затем уже самим Кодексом и принимаемыми в соответствии с ними федеральными законами.

Если бы речь здесь шла лишь  о неудачной формулировке ч. 1 ст. 1 УПК РФ, ее детальный анализ мог бы показаться излишним. Однако, в ней проявился концептуальный порок позиции разработчиков Кодекса, которую можно считать их стратегической позицией.

Так, в главе 2 УПК РФ «Принципы уголовного судопроизводства» отсутствуют такие фундаментальные принципы как равенство всех перед законом и судом, как обеспечение потерпевшим от преступлений права на доступ к правосудию (ст. 19 и 52 Конституции РФ). Игнорирование принципа равенства всех перед законом и судом наиболее рельефно отразилось в главе 52 УПК, которую А.Д. Бойков обоснованно охарактеризовал, как «средоточие юридических льгот для чиновников высокого ранга, включая судей. Крайнее осложнение порядка возбуждения уголовного дела и привлечения к ответственности этих лиц – лучший способ защиты коррупционеров».[3] Этот вывод подтверждает А.В. Карцев, отмечая, что «наличие неприкосновенности в случае совершения указанными лицами преступления порой приводит к  фактической невозможности привлечения виновных к уголовной ответственности…, влечет нарушение прав граждан, потерпевших от незаконных действий данных субъектов».[4]

Определенное пренебрежение к праву потерпевших от преступлений на доступ к правосудию проявилось в целом ряде норм УПК РФ. Нормы Кодекса, признанные за последние годы Конституционным Судом РФ не соответствующими Конституции РФ и не подлежащими применению, ущемляли прежде всего права потерпевших (ч. 7 ст. 236, ч. 4 ст. 237, ч. 9 ст. 246, ст. 405, п. 2 ч. 2 и ч. 3 ст. 413). Перечень подобных норм УПК РФ можно продолжить. Это ч. 4 ст. 108, не допускающая участия потерпевшего в решении судом вопроса о заключении обвиняемого, подозреваемого под стражу (хотя ч. 4 ст. 15 УПК РФ провозглашает равенство перед судом обеих сторон). Это ч. 2 ст. 163 УПК, обязывающая объявить состав следственной группы подозреваемому, обвиняемому, но не потерпевшему (хотя он имеет такое же, как  они, право на отвод следователя). Это и отсутствие в перечне прав потерпевшего (ст. 42 УПК) права защищать свои интересы всеми не запрещенными законом способами, хотя в перечнях прав подозреваемого, обвиняемого и защитника (ст. 46,47,53 УПК) такое право есть. Такое право принадлежит потерпевшему в силу ст. 45 Конституции РФ, но  в УПК оно отражения не нашло.

Игнорирование системной связи положений УПК РФ с нормами Конституции и смежных отраслей права можно продемонстрировать на примере норм УПК о взаимосвязи уголовного процесса и оперативно-розыскной деятельности. Статья 89 УПК запрещает использование результатов ОРД в процессе доказывания, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам «настоящим Кодексом». Точно такой же подход, требующий  соблюдения в  доказывании норм лишь самого УПК, а не федеральных законов вообще, мы видим в ч. 3 ст. 7 и в ч. 1 ст. 75 УПК РФ. Между тем ч. 2 ст. 50 Конституции РФ запрещает при осуществлении правосудия  использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. УПК РФ по существу вышеуказанными нормами ограничил действие конституционной нормы. К чему это приводит? В процессуальной литературе можно  встретить одобрение такого подхода. Так, Н.А. Громов и его соавторы пишут: «Часть 1 ст. 75 УПК РФ, согласующаяся с частью 2 ст50 Конституции РФ… уточняет, что недопустимыми являются доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, а не закона вообще…Например, если были нарушены предусмотренные законом об ОРД правила проведения оперативных мероприятий,… их результаты после проверки процессуальным путем могут использоваться в доказывании по уголовному делу».[5] Сама мысль о допустимости нарушений закона в ходе оперативно - розыскных мероприятий представляется неприемлемой, тем более – в учебном пособии. Ведь кто–то может из этой теоретической позиции сделать, к примеру, такой вывод: если угрозы и насилие для получения признания применялись к заподозренному в преступлении лицу в процессе оперативно-розыскной, а не следственной деятельности, то подтверждение им вынужденного признания на допросе будет допустимым доказательством. Вряд ли допустим сам по себе подобный подход.

Безусловно правильна диаметрально противоположная позиция, выраженная в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ  от 15 июня 2006 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами…» (п.14 ): «В тех случаях, когда в материалах  уголовного дела имеются данные об осуществлении проверочной закупки наркотических средств или психотропных веществ, судам надлежит иметь в виду, что необходимым условием законности ее проведения является соблюдение  оснований для проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренных статьей  7 Федерального закона «Об  оперативно-розыскной деятельности», и требований части 7 ст. 8 указанного Федерального закона, в соответствии с которым проверочная закупка веществ, свободная реализация которых запрещена, проводится на основании постановления, утвержденного начальником органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Результаты оперативно-розыскного мероприятия могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с требованиями закона…»

Стратегия уголовного судопроизводства должна соответствовать назначению уголовного права, ибо целью уголовного процесса является применение уголовного закона «Под реализацией уголовного закона понимаются при этом на только привлечение к уголовной ответственности и назначение наказания, но и отказ от уголовного преследования невиновных».[6] «Уголовный процесс – путь применения уголовного законодательства страны. Этот вывод принципиален». [7]  Между тем, назначение уголовного процесса, провозглашаемое статьей 6 (ч.1) УПК РФ, которая ограничивает его защитой потерпевших от преступлений лиц, организаций и защитой лиц от незаконного уголовного преследования, не согласуется с более полно и правильно сформулированными  задачами уголовного права, состоящими в охране прав человека, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, конституционного строя России  от преступных посягательств, в предупреждении преступлений (ст. 2 УК РФ).

Даже в ГПК РФ целями судопроизводства гражданского, основанного на принципе диспозитивности, названы защита прав и законных интересов не только лиц и организаций, но и – государства, муниципальных образований, а также способствование укреплению законности и правопорядка, формированию уважительного отношения к закону, предупреждению правонарушений (ст. 2 ГПК РФ). Тем более неясно, почему УПК  РФ не ставит такие же общественно – значимые задачи перед уголовной юстицией, призванной противодействовать преступной, т.е. общественно опасной деятельности, и функционирующей поэтому в режиме принципа публичности.[8]

Думается, что выработка стратегии уголовного судопроизводства должна учитывать концептуальную позицию Конституции РФ, сочетающей признание человека, его прав и свобод высшей ценностью (ст.2) с возможностью их ограничения в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, для обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55).

Правы А.Н. Баранов и С.В. Супрун, полагающие, что основная задача уголовного процесса – охрана общества и государства от преступных посягательств.  «Именно для этого он создавался и для этого он существует в первую очередь. …Интересы отдельной личности не могут быть выше интересов общества в целом… Часть не может быть больше или ценнее целого. Данное  суждение верно для систем любого уровня… Система, в которой превалируют интересы ее отдельных подсистем, обречена на неминуемый распад. …Поэтому требование защиты общества и государства обязательно подлежит закреплению в УПК».[9]

               Только надежная защита общества от преступных посягательств может быть реальной гарантией защиты от преступлений члена общества – человека, его прав и свобод. Одновременно каждый должен быть защищен и от необоснованного уголовного преследования,  любого другого незаконного ограничения прав и свобод в уголовном судопроизводстве.



[1] Современный словарь иностранных слов. – М.: Русский язык 1992- С. 582

[2] Комаров С.А. Общая теория государства и права. Учебник. 4-е издание. – М.: Юрайт. 1998 – С.275

[3] Бойков А.Д. Новый УПК России и проблемы борьбы с преступностью // Уголовное право. 2002. №3 – С.69

[4] Карцев А.В. Иммунитеты от уголовного преследования// Уголовный процесс. 2006. №7 – С.28.

[5] Громов Н.А. и др. Доказательства, доказывание и использование результатов ОРД. Учебное пособие. – М:, Приор – издат. 2006 – С. 71

[6] Концепция судебной реформы в РФ. – М.: Республика 1992. – С. 19,77

[7] Куцова Э.Ф. Истина и  состязательность в уголовном процессе РФ // Ученые-юристы МГУ о современном праве. – М.: ОАО Городец. 2005 – С. 291

[8] См. Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Уголовный процесс. Учебник. 2-е изд. – СПб.: Питер. 2005 – С.76

[9] Баранов А.М. , Супрун С.В. Назначение уголовного судопроизводства и задачи уголовного законы // Уголовное досудебное производство: проблемы теории и практики – ОМСК.: ОЮИ. 2004. С. 26-27


: 29/10/2007
: 2997
:
Барабаш А.С. Вклад Ивана Яковлевича Фойницкого в определение места состязательности в российском уголовном процессе
Зайцева Л.В. Реформирование уголовно-процессуального законодательства республики Беларусь: проблемы и перспективы
Мартышкин В.Н. Пределы судебного усмотрения и механизмы его ограничения в уголовном судопроизводстве
Панькина И.Ю. Основные элементы внесудебного способа разрешения уголовно-процессуального конфликта
Цыганенко С.С. Дифференциация как модель уголовного процесса (уголовно-процессуальная стратегия)
Калинкина Л.Д. Совершенствование норм УПК РФ о нарушениях уголовно-процессуального закона – необходимое условие обеспечения должной процедуры производства по уголовным делам
ТУЛАГАНОВА Г.З., ФАЙЗИЕВ Ш. Классификация мер процессуального принуждения по характеру воздействия
Алексеев С.Г. , Лукичев Б.А. Взгляды И.Я. Фойницкого на институт судебной экспертизы и их отражение в зеркале современности
Галюкова М.И. Реализация функции защиты в состязательном уголовном процессе
Гамбарян А.С. Реформа досудебной стадии уголовного процесса в Республике Армения

| |


.:  ::   ::  :.

RusNuke2003 theme by PHP-Nuke -
IUAJ

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Direct.insertInto(66602, "yandex_ad", { ad_format: "direct", font_size: 1, type: "horizontal", limit: 3, title_font_size: 2, site_bg_color: "FFFFFF", header_bg_color: "FEEAC7", title_color: "0000CC", url_color: "006600", text_color: "000000", hover_color: "0066FF", favicon: true, n
PHP Nuke CMS.
2005-2008. Поддержка cайта