Королев Г.Н. Системный кризис правосудия в Российской Федерации первой четверти XXI века и отдельные идеи концепции судебной реформы


Предметом исследования в работе выступают судебные решения от районного до Верховного Суда РФ по конкретному реальному факту отказа в возбуждении уголовного дела. Автор дает скрупулезный анализ судебных постановлений и других процессуальных документов с точки зрения соответствия их действующему уголовно-процессуальному законодательству и правовой позиции Верховного Суда РФ.  
В итоге, вскрыты грубые нарушения и порочная практика рассмотрения жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ единолично судьей без проведения судебного заседания и вынесения произвольного решения, не предусмотренного действующим законом. Одобрение подобной практики высшим судебным органом страны, ставит, по мнению автора, крест на демократическом институте обжалования незаконного отказа в возбуждении уголовного дела и является ярким проявлением системного кризиса уголовной юстиции в Российской Федерации первой четверти XXI века. В заключении формулируются конкретные идеи в предлагаемую концепцию судебно-правовой реформы. 
Ключевые слова: люстрация, обжалование отказа в возбуждении уголовного дела, открытое судебное заседание, правосудие по правилам состязательного судопроизводства, судебный произвол, судебно-правовая реформа.

 

УДК. 343.352
ББК. 67.408.142.6 
 

Королев Г.Н. Системный кризис правосудия в Российской Федерации первой четверти XXI века и отдельные идеи концепции судебной реформы

 
Королев Геннадий Николаевич,
заслуженный юрист Российской Федерации,
доктор юридических наук
korolev52rus@mail.ru
 

 

 
Системный кризис правосудия - это такая ситуация, когда вся судебная система страны оказывается не способна вынести правосудное решение и не в состоянии устранить грубейшее нарушение закона, а в рамках государства не остается никаких правовых механизмов восстановления законности и обеспечения гарантии соблюдения конституционных прав граждан.
Происходит это в результате того, что судебные инстанции, поднимаясь шаг за шагом, начиная с районного суда и вплоть до высшего судебного органа - Верховного Суда Российской Федерации (далее - Верховный Суд РФ), исходя из корпоративных интересов, вопреки здравому смыслу, переписывают в свои решения абсурдные формулировки нижестоящих инстанций, игнорируя требование закона.
Именно такую корпоративность продемонстрировала российская судебная система, поставив крест на демократическом институте обжалования незаконного отказа в возбуждении уголовного дела.
Так, 22 сентября 2022 года после принятия решения заместителем Председателя Верховного Суда РФ - председателем Дисциплинарной коллегии Верховного Суда РФ Рудаковым С.В. о согласии с постановлением судьи Верховного Суда РФ Кондратова П. Е. от 27 мая 2022 года "об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции", создан негативный судебный прецедент, поддержанный всеми судебными инстанциями Российской Федерации, позволяющий районному суду (при рассмотрении жалобы на незаконный отказ в возбуждении уголовного дела) единолично, без проведения открытого судебного заседания, выносить произвольное решение, не предусмотренное действующим законодательством.
Продемонстрируем вышеизложенный вывод наглядно на конкретном историческом факте, когда все судебные инстанции страны поддержали: (1) незаконное решение следователя, вынесшего постановление об отказе в возбуждении уголовного дела при наличии повода, но без установления основания, (2) незаконное решение районного суда об отказе в принятии к рассмотрению жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ без осуществления правосудия по правилам состязательного судопроизводства.

В уголовно-процессуальной науке под поводом к возбуждению уголовного дела понимается поступивший в компетентный орган информационный сигнал, который с одной стороны содержит сведения о признаках преступления, а с другой - обязывает соответствующие органы совершать определенные действия, предусмотренные законом [1].

И такой информационный сигнал, 13 июля 2021 года в виде заявления о преступлении за подписью профессора К., поступил в компетентный орган - следственный отдел по Нижегородскому району города Нижнего Новгорода следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Нижегородской области.  
В заявлении ставился вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении проректора Волжского государственного университета водного транспорта доцента Б., который, по мнению заявителя, совершил деяния, содержащие признаки преступлений. предусмотренных ст. 286 УК РФ - превышение должностных полномочий, ст. 137 УК РФ - нарушение неприкосновенности частной жизни, ст. 138 УК РФ - нарушение тайны телефонных переговоров. Из заявления следовало, что проректор Б., желая добиться увольнения профессора К. путем его дискредитации, дал указание подчиненной ему службе безопасности установить в рабочем кабинете последнего видеозаписывающую аппаратуру. При этом, имея намерение,в дальнейшем, назначить на его место более сговорчивого профессора Т.
Через некоторое время была подослана студентка-заочница азербайджанской национальности Ф., которая преподнесла профессору К. обычный подарок - билет на концерт вокальной ретро-группы. Последний принял данный подарок, исходя из того, что в соответствии со ст. 575 ГК РФ, работнику образовательной организации разрешается принятие обычного подарка стоимостью до 3 тыс. рублей. Зафиксировав данный факт на видеокамеру, проректор Б. преподнес его своему бывшему сослуживцу - заместителю начальника Управления на транспорте МВД РФ по ПФО полковнику полиции Полякову Ю.С., как получение взятки должностным лицом, и склонил его к началу незаконного, по мнению заявителя, уголовного преследования. В результате в отношении профессора К. состоялось как представляется, сфабрикованное, уголовное дело, а профессор Т. с 1 сентября 2019 года назначен на его место заведующим кафедрой уголовно-правовых дисциплин Волжского государственного университета водного транспорта.
Заявление о преступлении было передано для проверки старшему следователю следственного отдела Шилковой К.Э. Согласно закону, при наличии повода следователю необходимо установить основание для возбуждения уголовного дела, каковым является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Данное основание устанавливается путем проведения процессуальных действий, перечисленных в ч. 1 ст. 144 УПК РФ: получение объяснений, истребование документов и предметов, их изъятие и др.
Несмотря на требование закона (ст.ст. 140, 144, 148 УПК РФ), обязывающего следователя установить основание для принятия решения о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела путем проведения соответствующих процессуальных действий, Шилкова уклонилась от их проведения, даже не опросив основного фигуранта проректора Б. и не выяснив у него, совершал он указанные в заявлении действия или не совершал.
26 июля 2021 года она вынесла решение следующего содержания: "отказать в возбуждении уголовного дела по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ст. 137, 138, 286 УК РФ". Абсурдность и незаконность такого решения достаточно очевидны. Событие имело место быть и оно установлено судебными доказательствами, согласно которым действительно в кабинете профессора К. была установлена видеозаписывающая аппаратура и коллектив кафедры в течение года ходил под камерой, словно как в передаче "дом 2".
10 августа 2021 года заявителем была направлена жалоба в порядке ст. 125 УПК РФ в Нижегородский районный суд города Нижнего Новгорода.
В уголовном процессе России, в соответствии с указанной нормой закона, предусмотрена специальная процедура рассмотрения подобных жалоб. Высший судебный орган страны дал руководящие разъяснения и акцентировал российские суды на неукоснительное соблюдение этой процедуры. В частности, в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 № 1 "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума Верховного суда РФ № 1), прямо предписано: "Судам следует иметь в виду, что исходя из общих положений уголовно-процессуального законодательства рассмотрение жалоб в порядке статьи 125 УПК РФ происходит в форме осуществления правосудия по правилам состязательного судопроизводства в открытом судебном заседании" [2].
Действующий закон (ч. 5 ст. 125 УПК РФ) закрепляет два вида постановлений, которые может вынести суд в ходе судебного заседания после рассмотрения жалобы на незаконность постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела:
1) о признании действия (бездействия) или решения соответствующего должностного лица незаконным или необоснованным и о его обязанности устранить допущенное нарушение;
2) об оставлении жалобы без удовлетворения.
Этот перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию, как представляется, не подлежит.
 
Однако, судья Нижегородского районного суда города Нижнего Новгорода А.О.Ползунов, в нарушение вышеуказанных правил, 18 августа 2021 года без проведения судебного заседания вынес решение, не предусмотренное УПК, а именно: "направить жалобу профессора К. по подсудности в Советский районный суд г.Н.Новгорода". О вынесении данного постановления заявитель не уведомлялся и копия решения ему не направлялась. По сообщению руководства Советского районного суда "жалоба профессора К., поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, из Нижегородского районного суда г. Н. Новгорода, к ним не поступала". 
В результате, незаконное постановление судьи Ползунова было обжаловано в апелляционном порядке. А 18 октября 2021 года оно отменено Нижегородским областным судом и направлено в Нижегородский районный суд на новое рассмотрение в ином составе.    
В "ином составе" жалоба в порядке ст. 125 УПК РФ была рассмотрена 28 октября 2021 года судьей Нижегородского районного суда г. Н. Новгорода Дякиной М.В. Последняя, как и ее коллега Ползунов, вновь единолично без проведения судебного заседания, как представляется, незаконно вынесла решение, не предусмотренное действующим законом, а именно: "отказать в принятии к рассмотрению жалобы о признании незаконным действия (бездействия) и решения следователя Шилковой об отказе в возбуждении уголовного дела". О вынесении данного постановления заявитель вновь не уведомлялся и копия решения ему не направлялась.
С целью "обоснования" вынесенного незаконного решения, Дякина внесла в свое постановление, по мнению заявителя, не соответствующие действительности сведения о том, что "предметом обращения в правоохранительные органы, завершившегося вынесением обжалуемого заявителем постановления, явились обстоятельства, которые были предметом судебного разбирательства, по результатам которого в отношении профессора К. 20 октября 2020 года Нижегородским районным судом г. Нижнего Новгорода был постановлен обвинительный приговор..., вступивший в законную силу".
Показательным является вывод Дякиной о том, что "в настоящее время заявитель фактически оспаривает допустимость положенных в основу указанного приговора доказательств, в связи с чем, ... необходимо отказать ему в принятии указанной жалобы к производству".
Из этого вывода следует, что судья Дякина допустила, что в основу приговора, вынесенного в отношении заявителя, положены недопустимые доказательства, а своим решением она заведомо обеспечила незаконный «иммунитет» проректору Б. от уголовного преследования.
Заведомая ложность данных сведений, по мнению автора, заключается в том, что предметом обращения заявителя в правоохранительные органы явились противоправные действия проректора Б., которые никогда не были предметом судебного разбирательства, так как нет еще уголовного дела.
После восстановления срока обжалования, пропущенного по уважительной причине, незаконное постановление судьи Дякиной было обжаловано в апелляционном порядке.
В качестве суда апелляционной инстанции выступил Нижегородской областной суд в лице судьи Игнатова М.К. Своим постановлением от 13 января 2022 года последний поддержал решение судьи Дякиной и оставил его без изменения, а в описательной части своего постановления повторил позицию судьи Дякиной, внеся те же не соответствтующие действительности сведения.
Дальнейшее судебное разбирательство продолжилось в Первом кассационном суде общей юрисдикции, дислоцирующемся в г. Саратове, куда с кассационной жалобой обратился заявитель. Кассационная инстанция в порядке сплошной кассации в лице судьи Безгиной Е.Ю. вынесла 16 марта 2022 года решение об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
В описательной части постановления Безгина правильно указала, что, в соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Однако, сделала безосновательный, на взгляд заявителя, вывод о том, что "таких нарушений закона не установлено". И это при том, что судом первой инстанции вынесено не предусмотренное законом решение, без соблюдения установленной процедуры судебного разбирательства.
В Российской Федерации высшим звеном судебной системы является Верховный Суд РФ. Именно этот высший судебный орган страны в лице судьи Кондратова П.Е. в порядке выборочной кассации вынес 27 мая 2022 года постановление об отказе в передаче кассационной жалобы профессора К. для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
Одна мудрая китайская пословица гласит: "один человек солгал, а сто человек выдают эту ложь за истину". Нечто подобное произошло в описываемой ситуации. Вся та ложная, по утверждению заявителя, информация, которая была внесена районным судом в лице судьи Дякиной в ее первоначальное постановление, полностью перекочевало в кассационное постановление судьи Кондратова: и то, что "предметом обращения заявителя в правоохранительные органы... явились обстоятельства, которые уже были предметом судебного разбирательства...", и то, что "заявитель фактически оспаривает допустимость положенных в основу приговора доказательств...".
О какай допустимости доказательств пишет Кондратов, понять невозможно, поскольку проректор Б. - главный фигурант заявления ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не допрашивался, а в ходе доследственной проверки у него даже не получено объяснение и решение об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено следователем Шилковой без проведения проверочных действий.
Действующий уголовно-процессуальный закон представляет еще одну последнюю возможность судебной системе сохранить лицо и восстановить законность. В соответствии с ч. 5 ст. 401.10 УПК РФ Председатель Верховного Суда РФ, его заместитель вправе не согласиться с постановлением судьи Верховного Суда РФ об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и вынести постановление об отмене такого постановления и о передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
Воспользовавшись данной нормой закона, заявитель обжаловал постановление судьи Кондратова заместителю Председателя Верховного Суда РФ - Председателю Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ В.А.Давыдову , так как грубейшие нарушения закона не были устранены. По закону, сфера уголовного судопроизводства относится к исключительной компетенции Судебной коллегии по уголовным делам. Об этом прямо и недвусмысленно закреплено в главе 47.1 УПК РФ. 
Но оказалось - кризис поразил все поры правосудия. Вопреки приведенному положению закона, эту жалобу принял к своему производству не Давыдов, как председатель Судебной коллегии по уголовным делам, а заместитель Председателя Верховного Суда РФ С.В.Рудаков, который по должности является председателем Дисциплинарной коллегии Верховного Суда РФ.
Формальная сторона вопроса выдержана - юридически и по факту Рудаков зампред Верховного Суда. И действительно, в соответствии с ч. 5 ст. 401.10 УПК РФ, заместитель Председателя Верховного Суда РФ вправе согласиться или не согласиться с постановлением судьи об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
Но, по сути - это пренебрежение нормами права и морали, т.к. в соответствии со ст. 11 Федерального конституционного закона от 05.02.2014 N 3-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации" [3], Дисциплинарная коллегия, которую возглавляет Рудаков, рассматривает только дела по жалобам на решения квалификационных коллегий судей, а не на уголовно-процессуальные акты. Следовательно, Рудаков фактически превысил свои должностные (не процессуальные) полномочия и вторгся в процессуальную деятельность судей, одобрив процессуальное решение судьи, не подчиненной ему Судебной коллегии по уголовным делам.
Таким образом, установленный в России процессуальный порядок обжалования незаконного постановления следователя об отказе в возбуждении уголовного дела полностью исчерпан. Иных процессуальных путей восстановления законности нет. Существующая судебная система наглядно продемонстрировала, что она не способна обеспечить конституционное право гражданина на доступ к правосудию, гарантированное государством.
Описанная в статье последовательная цепочка принятия судебных решений, начиная с районного суда и заканчивая Верховным Судом Российской Федерации - это подлинный исторический факт, основанный на официальных процессуальных документах. Аналогичных фактов сотни и тысячи по всей стране. То есть, это не единичный случай, а сложившаяся правоприменительная практика. Это уже стиль, (совокупность признаков), присущий нынешней судебной системе России первой четверти XXI века, иными словами, форма жизни и деятельности, характеризующая особенности общения, поведения и склада мышления действующего судейского корпуса. За указанный исторический период в России создана судебная власть (часть государственной власти), не подконтрольная многонациональному народу России, который согласно Основному закону (ст. 3 Конституции РФ), является единственным источником власти в Российской Федерации.
 
Налицо, системный кризис правосудия. Настоятельное требование времени - проведение кардинальной судебно-правовой реформы.  Её концепция, как система взаимосвязанных идей (взглядов), должна включать ряд направлений. Обозначим некоторые из них.

Судоустройство

1. В последние годы в обществе актуализировалась идея о люстрации действующего судейского корпуса, включая помощников судей, которые, готовя проекты процессуальных документов, протоколы судебных заседаний, ежедневно общаясь с судьями, к сожалению, также оказались пропитаны духом правового нигилизма, пренебрежения к закону, а также правам и свободам граждан. Произошло деформирование их группового и индивидуального правосознания. Эта идея требует широкого обсуждения.
2. В настоящее время суды общей юрисдикции представляют собой шестизвенную систему: (1) мировые судьи - (2) районные суды - (3) областные и равные им суды - (4) апелляционные суды общей юрисдикции - (5) кассационные суды общей юрисдикции - (6) Верховный Суд Российской Федерации. Необходимо упрощение судоустройства.
3. Краеугольным камнем преобразований должно стать восстановление выборности судей на пятилетний срок: районных судов - населением, областных и равных им судов - законодательным собранием субъекта РФ.Институт выборности судей успешно действовал в советский период развития нашего государства и положительно себя зарекомендовал. Этот отечественный опыт должен быть востребован и использован в современной России.  

Уголовное судопроизводство

1. Упразднение института возбуждения уголовного дела [4]. Уголовный процесс современной России включает в себя ряд последовательных этапов (стадий) и начинается со стадии возбуждения уголовного дела. Само слово "процесс" (лат. processus) означает продвижение. Но, если система в самом начале движения уголовного дела ставит заслон, лишает граждан права на доступ к правосудия, значит такой порядок является нежизнеспособным. Многие государства уже отказались от подобного института. К примеру, по УПК Украины, любое сообщение о совершенном уголовном правонарушении после его поступления безотлагательно вносится в Единый реестр досудебных расследований и соответствующие должностные лица приступают к расследованию. Представляется разумным использование этого опыта в отечественном уголовном процессе.    
2. Кардинальное реформирование формы предварительного расследования [5]. Вместо существующих ныне предварительного следствия и дознания необходимо ввести единое полицейское (прокурорское) расследование. Эта форма реализована в США и странах западной Европы, где вполне себя оправдала и их опыт успешно может быть использован нами. Необходимо предусмотреть четкое разграничение функций прокуратуры и полиции в сфере уголовного судопроизводства.
3. Реформа предварительного расследования безусловно повлечет за собой упразднение Следственного комитета Российской Федерации, как основного органа предварительного следствия, руководство деятельностью которого, согласно п. 3 ст. 1 Федерального закона "О Следственном комитете Российской Федерации" осуществляет Президент Российской Федерации [6].
Представляется, что для государства, которое претендует быть правовым демократическим государством, недопустимо такое положение, когда в сфере уголовного судопроизводства: в досудебном производстве - доминирует следственная (обвинительная) власть, подчиненная непосредственно главе государства, а в суде - правосудие осуществляют судьи, назначенные на должность тем же главой государства.  
4. По своему конституционно-правовому статусу, прокуратура РФ должна стать основным государственным органом уголовного преследования. В сфере уголовного судопроизводства прокурор подлежит наделению всей полнотой дискреционных полномочий по формирования государственного обвинения в досудебном производстве и его поддержанию в суде.
Необходимо установление выборности прокуроров субъектов РФ населением на пятилетний срок и предоставление им права назначать на должность всех прокурорских работников региона, включая своих заместителей. Разумность такого подхода очевидна. Будучи избранным населением, прокурор отвечает перед ним за состояние борьбы с преступностью. Избрав такой путь, Россия не станет первопроходцем. В Соединенных Штатах Америки в большинстве штатов должность прокурора (именуемого генеральным атторнеем) выборная. Он избирается законодательным собранием или населением штата [7].
 
 

Список использованных источников

1. Александров А.С. Институт  следственной власти в России: краткая история возникновения, развития и дегенерации // Юридическая наука и практика. Вестник Нижегородской академии МВД России. – 2016. – № 2 (34). – С. 405-411.
2. Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Под ред.: Гуценко К.Ф. Уголовный процесс западных государств. Изд. 2-е, доп. и испр. - Издательство "Зерцало-М", 2002. - 528 с.
3. Дмитриев И.Р. "Свободный" повод для возбуждения уголовного дела: автореф. дисс. ... канд. юр. наук: 12.00.09 // Дмитриев Игорь Радекович - Н.Новгород, 2005 - 22 с.,
4. Лизунов А.С. Доследственная проверка как часть досудебного производства: автореф. дисс. ... канд. юр. наук: 12.00.09 // Лизунов Алексей Сергеевич - Н.Новгород, 2017 - 33 с.
5. Сереброва С.П. Проблема рационализации досудебного производства: дисс. … канд. юр. наук : 12.00.09 / Сереброва Светлана Павловна - Н.Новгород, 1995. – 291 с.
 
___________________________________
[1] Дмитриев И.Р. "Свободный" повод для возбуждения уголовного дела: автореф. дисс. ... канд. юр. наук: 12.00.09 // Дмитриев Игорь Радекович - Н.Новгород, 2005 - 22 с.; Сереброва С.П. Проблема рационализации досудебного производства : дис. … канд. юр. наук : 12.00.09 / Сереброва Светлана Павловна - Н.Новгород, 1995. – 291 с.
[2] Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 № 1 (ред. от 28.06.2022) "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" // "Бюллетень Верховного Суда РФ", N 4, апрель, 2009.
[3] Федеральный конституционный закон от 05.02.2014 N 3-ФКЗ (ред. от 16.04.2022) "О Верховном Суде Российской Федерации" // "Собрание законодательства РФ", 10.02.2014, N 6, ст. 550. 
[4] Лизунов А.С. Доследственная проверка как часть досудебного производства: автореф. дисс. ... канд. юр. наук: 12.00.09 // Лизунов Алексей Сергеевич - Н.Новгород, 2017 - 33 с.
[5] Александров А.С. Институт  следственной власти в России: краткая история возникновения, развития и дегенерации // Юридическая наука и практика. Вестник Нижегородской академии МВД России. – 2016. – № 2 (34). – С. 405-411.
[6] Федеральный закон от 28.12.2010 N 403-ФЗ (ред. от 20.10.2022) "О Следственном комитете Российской Федерации" // Собрание законодательства РФ, 03.01.2011, N 1, ст. 15.
[7] Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Под ред.: Гуценко К.Ф. Уголовный процесс западных государств. Изд. 2-е, доп. и испр. - Издательство "Зерцало-М", 2002. - 528 с.