:  
 
You are on the old site. Go to the new website linknew website link
Вы находитесь на старом сайте. Перейдите на новый по ссылке.

 
 Архив новостей
 Новости сайта
 Поиск
 Проекты
 Статьи






. .

? !



Стратегии уголовного судопроизводства
Материалы международной конференции, посвященной посвященной  160-летней годовщине со дня рождения проф. И.Я. Фойницкого 11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)

Самылина И.Н. Некоторые проблемные вопросы избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу



Материалы международной научной конференции
посвященной  160-летней годовщине со дня рождения
проф. И.Я. Фойницкого
«СТРАТЕГИИ УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА»
11-12 октября 2007 г. (Санкт-Петербург)






2007, СПб, , , Самылина Инна Николаевна, 
Самылина Инна Николаевна,  судья судебной коллегии по уголовным делам Новгородского областного суда, ст. преподаватель кафедры уголовно-правовых дисциплин юридического факультета Новгородского государственного университета имени Ярослава Мудрого, кандидат юридических наук

 

 

НЕКОТОРЫЕ  ПРОБЛЕМНЫЕ  ВОПРОСЫ   ИЗБРАНИЯ  И  ПРОДЛЕНИЯ  МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ 
В  ВИДЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПОД СТРАЖУ
 

Законное и обоснованное решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу может быть принято только в случае, когда в материалах уголовного дела, возбужденного в установленном законом порядке уполномоченным на то должностным лицом при наличии законных поводов и оснований, получили своё процессуальное закрепление фактические данные, подтверждающие событие преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 2 лет; сведения, указывающие на высокую степень вероятности, что обвиняемый (подозреваемый) продолжит заниматься преступной деятельностью, скроется от дознания, предварительного следствия и суда либо иным путём сможет воспрепятствовать производству по делу. Обращаясь в суд с ходатайством об избрании  меры пресечения в виде заключения под стражу, органы  предварительного расследования должны доказать невозможность избрания иной - более мягкой  меры пресечения, представив  суду  письменные подтверждения такого вывода. 

Следует отметить, что по общему правилу, для разрешения такого ходатайства судье отводится 8 часов,  в течение которых он должен изучить представленные материалы, организовать и  провести судебное заседание, вынести  судьбоносное для обвиняемого (подозреваемого) решение.

Судья, при этом, будет учитывать обстоятельства, которые можно подразделить на следующие группы:

Обстоятельства, создающие правовую ситуацию, допускающую возможность применения меры пресечения в виде заключения под стражу:

            а) наличие возбужденного уголовного дела;

            б) нахождение лица в статусе подозреваемого либо обвиняемого;

            в)наличие оснований для избрании  меры пресечения (ст. 97 УПК РФ);

            г) соблюдение сроков следствия

 Тяжесть предъявленного обвинения (подозрения);

 Данные о личности обвиняемого(подозреваемого), в том числе - его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и т.п.; 

Другие обстоятельства.

Достигло ли лицо возраста уголовной ответственности; соблюдены ли условия привлечения к уголовной ответственности.

Тяжесть предъявленного обвинения (характер и степень общественной опасности деяния) согласно действующему законодательству  не является самостоятельным основанием для заключения под стражу, а подлежит учёту в совокупности с уголовно-правовыми характеристиками обвиняемого (подозреваемого).

Напомним, что заключение под стражу могло быть применено по мотивам одной лишь опасности преступления в случае обвинения лица в одном из преступлений, предусмотренных ст.96 УПК РСФСР.

Очевидно, что опасность  преступления не может выступать в качестве единственного основания для применения меры пресечения, поскольку признак общественной опасности неотъемлемо присущ любому преступлению, а в ходе расследования возможна переквалификация содеянного, как на более тяжкое, так и на менее тяжкое преступление. По мнению некоторых авторов, в этом случае фактически предрешается вопрос о виновности лица в совершении инкриминируемого ему преступления, что нарушает принцип презумпции невиновности.[1]

 Н.В. Буланова полагает, что  тяжесть предъявленного обвинения не может выступать в качестве единственного основания для заключения под стражу,  так как мера пресечения, а особенно самая строгая - заключение под стражу, должна избираться не потому, что совершенное преступление является тяжким или особо тяжким, а потому, что подозреваемый, обвиняемый по имеющимся объективным данным может совершить неправомерные действия по противодействию расследованию либо уже их совершает. [2]

Последовательную позицию по данному вопросу занимает Верховный Суд РФ.

При разрешении ходатайства стороны обвинения должны быть приняты во внимание: поведение обвиняемого (подозреваемого) до, во время и после совершения инкриминируемого деяния, смягчающие либо отягчающие обстоятельства; учтены социально-демографические  и личностные характеристики  подозреваемого (обвиняемого): возраст, наличие на иждивении несовершеннолетних детей или престарелых родителей, наличие постоянного места жительства, работы, учёбы и т.д.).[3]

Значительную часть информации судья получает из представленных органами предварительного расследования материалов, подтверждающих обоснованность ходатайства. Сторона защиты, как правило,  также представляет сведения, содержащие данные о личности обвиняемого, подозреваемого.

При этом,  если первые две группы обстоятельств обычно полно представлены в копиях процессуальных документов, то данные о личности  чаще всего  скупы, составлены со слов  обвиняемого (подозреваемого), реже подтверждены документально – отражены в характеристиках, справках и включают сведения о возрасте, семейном положении, месте работы (учебы). Объяснение отсутствию широкой информации о личности вполне заслуживает внимания. Действительно, если  проводятся процессуальные действия, направленные на раскрытие преступления, закрепление следов преступления, едва ли находится время для изучения личности задержанного  по подозрению в совершении преступления лица. Тем более, что   ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу может быть представлено в суд не позднее, чем за 8 часов до истечения  срока задержания, т.е. в распоряжении у органов предварительного расследования  имеется около 40 часов. Часть информативного материала представляет сторона защиты. Нередко обе стороны заинтересованы в продлении срока задержания для сбора и предоставления суду  дополнительных сведений, т.к.  в постановлении о  возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения содержатся лишь ссылки на тяжесть обвинения и общие фразы о возможности воспрепятствовать расследованию. 

Установленные в ч.ч.3,4,п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК РФ сроки на практике нередко нарушаются. Очевидно, что  несвоевременность обращений в суд с ходатайствами об избрании данной  меры пресечения объясняется не только спецификой и трудностями деятельности органов расследования, но, в ряде случаев, и невысоким уровнем организации их работы, т.к. анализ фактов нарушения сроков обращения в суд с ходатайствами позволяет выделять не конкретные случаи, а систематичность, характерную для органов предварительного расследования отдельных районов.

Согласно ч. 7 ст. 108 УПК РФ, рассмотрев ходатайство, суд может вынести решение о продлении срока задержания.  Продление срока задержания допускается  при условии признания судом задержания законным и обоснованным на срок не более 72 часов с момента вынесения судебного решения по ходатайству одной из сторон для представления ею дополнительных  доказательств обоснованности или необоснованности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. В постановлении  о продлении  срока задержания указываются дата и время, до которых продлевается срок задержания. Однако,  один из судов Новгородской области 5 сентября 2007 г. продлил срок задержания Ш., которая была задержана 3 сентября 2007 г. в 21 час. 15 мин.,  на 72 часа, до 21 часа 15 мин 8 сентября 2007 г., тогда как решение было принято в 15 час.

Проблемы  избрания меры пресечения в виде заключения под сражу не являются чисто  российскими. Например, проведенное в 1987 году по поручению министерства юстиции ФРГ исследование показало, что только 50%  из всех арестованных обвиняемых   впоследствии осуждалось судом к лишению свободы, в более 80% всех судейских приказов об арестах в качестве основания для ареста указывалась опасность побега обвиняемого, хотя только небольшая часть из них действительно пыталась скрыться. И такое положение теоретики объясняли введением в закон возможности ареста обвиняемого  только по мотивам тяжести преступления и опасности продолжения преступной деятельности.[4]

Представляется, что  данные о личности обвиняемого, подозреваемого должны  исследоваться более тщательно. Требование закона об учете личности обвиняемого, подозреваемого – важная составляющая обстоятельств, учитываемых при избрании  меры пресечения. Личность - это динамичная, относительно устойчивая целостная система интеллектуальных, социально-культурных, морально-волевых качеств человека, выраженных в индивидуальных особенностях его сознания и деятельности.[5]

Обязанностью суда является исследование данных о физическом (пол, возраст, состояние здоровья, наличие инвалидности и т. п.) и психическом (уровень психического развития, наличие психических расстройств) состоянии лица, его социальном (социально-бытовые, общественно – производственные данные: место работы, учебы, профессия, образ жизни, отношения в быту, в обществе и на производстве, семейное положение) и правовом статусе (достижения возраста уголовной ответственности, наличие судимости).

Представляется необходимым наряду с общими социально-демографическими данными учитывать  уровень социальной адаптации личности: условия формирования и развития личности, участие в общественно-полезном труде и общественной жизни, быт и ближайшее социальное окружение, общественные связи,  а возможно – и   круг интересов.

Суд рассматривает ходатайство в отношении члена общества, но учет  данных о личности не должен сводиться к оценке общественной опасности личности, социально-психологических, социально-ролевых свойств личности, ее места в обществе, взаимной зависимости личности и общества.

Еще в 1975 г. Г. Н. Борзенков предложил внедрить в практику следственных органов заполнение «Справки-анкеты о личности обвиняемого», что способствовало бы большей индивидуализации наказания.[6] Пока же, как и в прежние годы, оценка личности зависит чаще всего от усердия следователя, собравшего достаточный для всесторонней оценки личности обвиняемого материал: характеристики, справки, ответы на запросы. Обычно это: требования о привлечении к уголовной и административной ответственности, справки об учете в наркологическом, психоневрологическом, иногда – туберкулезном, онкологическом – диспансерах, копии удостоверений к наградам, почетных грамот, характеристики по месту жительства, работы, учебы. Но данные эти собираются не в первую очередь. И к моменту обращения следователя в суд с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу обычно отсутствуют.

При оценке личности должна приниматься во внимание и определенная степень готовности лица к совершению преступлений, это обстоятельство также характеризует личность и должно учитываться, что требует от судьи знания психологии личности.

Данные, характеризующие личность обвиняемого, - это сведения о постоянных или относительно устойчивых признаках, свойствах и качествах личности, имеющих существенное значение для дела.[7]

Объективная, полная и всесторонняя оценка личности виновного как результат собирания сведений, характеризующих личность, как с положительной, так и с отрицательной стороны, комплексного учета этих данных, а для лиц, ранее судимых, - оценка степени их антиобщественной направленности могут способствовать законному и  справедливому разрешению ходатайств.

Решение судьи базируется на данных о прошлой жизни индивида в обществе, прогнозе его будущего поведения. Выводы суда должны отражать реальное положение, что возможно лишь при полном, всестороннем и объективном исследовании сведений о личности обвиняемого (подозреваемого).  Здесь пригодится и умение прогнозирования и  интуиция.

В области правовых отношений, где действуют  статистические законы, прогноз- это основанное на объективных материалах и научных методах вероятностное предвидение событий и процессов, которые должны иметь место в будущем.[8]

Более тридцати лет назад  у М.Д. Шаргородского не было сомнения, что  совместными усилиями юристов, психологов, педагогов и кибернетиков можно разработать систему таких показателей, которые дадут возможность  получения достаточно точного прогноза поведения отдельного лица.[9]

А пока было бы неплохо в арсенале судьи при разрешении такого сложного вопроса иметь данные о мерах, предпринятых подозреваемым (обвиняемым) к предотвращению вредных последствий деяния, характеристики личности: по месту работы, учебы, регистрации (проживания),  сведения о цензе оседлости (место регистрации и проживания  за последние 10 лет), наличии либо отсутствии  постоянного места жительства.

Важность такой информации в настоящее время занижена, хотя, например, в ст. 420 Устава уголовного судопроизводства  1864 года было  регламентировано правило, согласно которому  против обвиняемого, не имеющего ценза оседлости, следователь или суд  могли избрать мерой пресечения  заключение под стражу при совершении любого преступления.[10]

В качестве альтернативы  заключению под стражу следовало бы  расширить перечень обязательных требований, устанавливаемых при избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Например, получать от подозреваемых (обвиняемых) обязательство избегать  контактов  с потерпевшим, свидетелями; обязать к явке на регистрацию в специализированный орган с установленной следователем (дознавателем) периодичностью; не посещать определенные места; ограничить время нахождения вне места регистрации (например, с 22 до 8 час.)

Возможности личной активной деятельности обвиняемого, подозреваемого  в сборе необходимых сведений при разрешении ходатайств невелики, что вполне объяснимо. В связи с чем органы преследования  должны представлять объективную картину, т.е. данные, не только  отягчающие положение  лица, в отношении которого возбуждено ходатайство, но характеризующие полно и всесторонне.  Уголовно-процессуальные гарантии  прав и законных интересов обвиняемых, подозреваемых должны быть закреплены в законе, в том числе – путем  указания на обязательный характер представления  расширенного перечня сведений о личности.

Наличие либо отсутствие правовых механизмов, регулирующих права человека,  свидетельствует об эффективности и надежности  их охраны государством. Правосудие, признающее личность человека наивысшей ценностью, может осуществляться лишь  в правовом государстве, когда права и основные свободы человека гарантированы Конституцией и законами, что подразумевает возможность ограничения прав и основных свобод исключительно в предусмотренных   законами случаях, которые тщательно регламентированы.

В числе  проблем, требующих разрешения, и  вопрос о мере пресечения в виде заключения под стражу, возникающий при  возвращении уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном ст. 237 УПК РФ.

Как отмечают Е.А. Маркина, Т.Н. Баева[11], проблемы, связанные с возвращением уголовных дел прокурору для устранения препятствий их рассмотрения судом, до настоящего времени остаются наиболее актуальными и болезненными.

Пока же можно констатировать, что в отсутствие  четких норм, регулирующих вопросы избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражей, особенно после поступления уголовных дел в суд,  происходит  толкование норм уголовно-процессуального закона, формирующее неоднозначную судебную практику,  а по более суровому определению Н.А. Колоколова – "теневое правотворчество" судейского корпуса. [12]

Попытка разрешить неясность с  исчислением сроков содержания под стражей  в случае  возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ была сделана в   п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. №1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», согласно которому  суд возвращает  дело прокурору для устранения допущенных нарушений и одновременно с этим    в соответствии  с ч. 3 ст. 237 УПК РФ принимает решение  о мере пресечения  в отношении обвиняемого (в том числе  о заключении под стражу), перечисляет  его за прокуратурой.

После данного разъяснения  в  судах стала создаваться практика, когда при возвращении уголовного дела прокурору, если срок содержания  обвиняемого под стражей истекал или он был не достаточен, чтобы органы следствия могли поставить перед судом вопрос  о продлении срока содержания под стражей, то суд по ходатайству прокурора продлевал обвиняемому срок содержания под стражей на один месяц.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. N 4-П "По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих порядок и сроки применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан" констатировано правило, что  лицо не должно находиться под стражей без судебного решения.

Как следует из приложения N 23 к ст. 477 УПК РФ, судья, возвращая уголовное дело прокурору, разрешает вопрос о мере пресечения и должен указать, что меру пресечения  в виде заключения под стражу надлежит отменить, изменить либо оставить без изменения. На практике чаще всего  суд указывает: "Меру пресечения в отношении обвиняемого оставить прежней - содержание под стражей".

Такое  указание суда,  при отсутствии срока, на который фактически  продлевается действие меры пресечения, с одной стороны  слишком абстрактно. С другой стороны,  принятие решения о продлении срока до конкретной даты создает проблемы, например, при обжаловании постановления и неопределенности   временных затрат на оформление и рассмотрение дела в суде второй инстанции, при этом возможна ситуация, когда  предусмотренное судом время истечет еще до получения дела прокурором.

С момента получения уголовного дела прокурором  своевременное продление срока содержания обвиняемых под стражей осуществляется в соответствии со ст. 109 УПК РФ органами предварительного расследования.

При исчислении срока  содержания обвиняемых под стражей органы предварительного расследования руководствуются  Указанием Генеральной прокуратуры РФ от 18 июня  1998 г. №38/36  «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при продлении сроков предварительного следствия, дознания и содержания под стражей». Согласно Указанию  при возвращении уголовного дела (прокурору)  из срока содержания обвиняемых под стражей исключается лишь время нахождения дела в суде.

Согласно Инструкциям по  судебному делопроизводству в районных, городских, областных… судах в случае  поступления в суд дела от прокурора, когда 5-дневный срок, предусмотренный  ч. 2 ст. 237 УПК РФ, не соблюден– делу присваивается новый номер. В  таком случае согласно ст. 255 УПК РФ сроки содержания под стражей исчисляются заново, т.к. в суд поступает «новое» дело, хотя  обвиняемый  уже содержался какое-то время под стражей. Как же следует учитывать время содержания под стражей за период первого поступления дела в суд? Ясно, что нет  оснований для суммирования  таких сроков, и как теоретически, так и практически возможна ситуация, когда обвиняемый будет числиться за судом, например, 3 месяца, после чего дело будет возвращено прокурору,  поступит в суд  спустя месяц, а затем срок содержания под стражей будет исчислен заново.

З. находился под стражей по судебным решениям, вступившим в законную силу, в общей сложности около 28 месяцев, из них– около  23 месяцев был перечислен за органами предварительного расследования  в связи с расследованием уголовного дела; 5 месяцев уголовное дело находилось в производстве суда: 1 месяц  до принятия решения о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, остальное время – в связи с обжалованием постановления о возвращении уголовного дела прокурору[13]. При поступлении уголовного дела в суд после устранения допущенных нарушений срок содержания под стражей будет исчислен  как  по вновь поступившему делу.

Налицо необходимость корректировки Инструкции по делопроизводству. Нельзя не признать и несовершенство действующего закона, регламентирующего порядок избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу. Изменения  закона должны иметь системный характер

Особо актуально для практики совершенствование закона, регламентирующего порядок и сроки применения  меры пресечения в виде заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направлением уголовного дела в суд.

 



[1] Попов А.М., Громов Н.А., Черкасов А.Д. Совершенствование и правовая природа ареста как мера уголовно-процессуального принуждения // Российский следователь. 2001. № 5. с.15.

[2] Буланова Н.В. Заключение под стражу при предварительном расследовании преступлений. Научно-методическое пособие/Под ред.доктора юридических наук М.Е.Токаревой. М., Издательство "Юрлитинформ", 2005. – С.80.

[3] Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации/Под общ. ред. В.М.Лебедева /Науч. ред. В.П.Божьев. М., 2002. с.224.

[4] Гуценко К.Ф., Головко Л.В., Филимонов Б.А. Уголовный процесс западных государств. М., 2001. с.417.

[5] Философский словарь. М., 1987. С. 238.

[6] Борзенков Г. Н. Личность преступника. М., 1975. С. 266-268.
[7] Гуськова А. П. Личность обвиняемого в уголовном процессе (проблемные вопросы науки и практики: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Оренбург,1996. С. 18.
[8] Шаргородский М.Д.Избранные работы по уголовному  праву.–СПб.:Издательство «Юридический центр Пресс»,2003.-с.339.

[9] Шаргородский М.Д. там же с.349.

[10] Судебные уставы Александра II с законодательными мотивами и разъяснениями. Подгот. С.Г. Щегловитовым. СПб.,1913.

[11] Е.А. Маркина, Т.Н. Баева / Уголовное судопроизводство, 2006, N 1.


[12] Н.А. Колоколов / Уголовное судопроизводство, 2006, N 4.


[13] Архив Новгородского областного суда, материал №02-17/13/2007


: 09/10/2007
: 3039
:
Барабаш А.С. Вклад Ивана Яковлевича Фойницкого в определение места состязательности в российском уголовном процессе
Зайцева Л.В. Реформирование уголовно-процессуального законодательства республики Беларусь: проблемы и перспективы
Мартышкин В.Н. Пределы судебного усмотрения и механизмы его ограничения в уголовном судопроизводстве
Панькина И.Ю. Основные элементы внесудебного способа разрешения уголовно-процессуального конфликта
Цыганенко С.С. Дифференциация как модель уголовного процесса (уголовно-процессуальная стратегия)
Калинкина Л.Д. Совершенствование норм УПК РФ о нарушениях уголовно-процессуального закона – необходимое условие обеспечения должной процедуры производства по уголовным делам
ТУЛАГАНОВА Г.З., ФАЙЗИЕВ Ш. Классификация мер процессуального принуждения по характеру воздействия
Алексеев С.Г. , Лукичев Б.А. Взгляды И.Я. Фойницкого на институт судебной экспертизы и их отражение в зеркале современности
Галюкова М.И. Реализация функции защиты в состязательном уголовном процессе
Гамбарян А.С. Реформа досудебной стадии уголовного процесса в Республике Армения

| |


.:  ::   ::  :.

RusNuke2003 theme by PHP-Nuke -
IUAJ

(function(w, d, n, s, t) { w[n] = w[n] || []; w[n].push(function() { Ya.Direct.insertInto(66602, "yandex_ad", { ad_format: "direct", font_size: 1, type: "horizontal", limit: 3, title_font_size: 2, site_bg_color: "FFFFFF", header_bg_color: "FEEAC7", title_color: "0000CC", url_color: "006600", text_color: "000000", hover_color: "0066FF", favicon: true, n
PHP Nuke CMS.
2005-2008. Поддержка cайта